Малой кровью на своей территории

Из свежих трофеев – обе зенитки, а зенитчиков мы с собой очень кстати захватили, и пулеметные мотоциклы в качестве дальних дозоров. Зенитки, кстати, вещь, и их нам обязательно, при любом раскладе, с собой забирать нужно. Поставим в кузова грузовиков, как и сами немцы частенько делают, и получим мобильную, мощную, высокоэффективную огневую точку, как против авиации, так и против легкой бронетехники. Это, пожалуй, прямо сразу сделать нужно, времени не теряя, а потом останется только переставлять их на разные, заранее подготовленные, позиции.

С этими силами, да еще на подготовленных огневых позициях и при грамотном командовании, – а уж Павел Егорович не подкачает, я уверен, – они тут даже пару дней боев продержаться смогут, если вдруг форс-мажор какой у нас под Суховолей выйдет. Но это я так, перестраховываюсь. Так что все у нас сегодня ночью должно получиться в лучшем виде… Ладно, сейчас задачи раздам, и будем готовиться к выдвижению…»

Глава 7В настороженной тишине прекрасной белорусской ночи, чью мирную красоту и прелесть, к сожалению, уже успели порядочно испохабить ублюдочные арийские сверхчеловеки, отнюдь не пренебрегая правилами светомаскировки, упорно преодолевая ямы и ухабы неровного грунтового проселка, двигалась в сторону Сокулки небольшая автоколонна в составе передового и замыкающего пулеметных мотоциклов боевого охранения, легкового вездехода «Хорьх-901» и трех грузовиков «Опель-Блитц».

В кузовах грузовиков было тесно от наваленного там «с горкой» хозяйственного имущества, которое ранее в изобилии хранилось на полковых и дивизионных складах в Суховоле и неминуемо должно было достаться немецкой армии в трофеях, но им обломилось. Там же, в кузовах, заботливо обложенные мягкими тюками с обмундированием, чтобы не трясло, в медсанбат Сокулки следовали за квалифицированной медицинской помощью тяжелораненые в сопровождении пары санинструкторов, а в кабине вездехода, не обращая внимания на своего бывшего помощника, ныне потерявшего доверие и скукожившегося на заднем сиденье, сердито сопел бригадный комиссар Трофимов.

Он, крайне сильно вымотавшись за последние несколько суток, очень сильно, до рези в глазах, хотел спать… Хотел, но не мог себе этого позволить: во-первых, потому, что старшему колонны на марше спать категорически не положено; а во-вторых, потому, что только сейчас, за те пару-тройку часов, за которые планируется их маленькой автоколонне идти до места назначения, у него есть время вспомнить и обдумать последние суматошные события.