Лозоходец

Извозчик, вытянув шею, вглядывался в темнеющий больничный холл:

– Так это Лука был? – потрясённо спросил мужик у меня.

– Он самый. Отвези-ка ты меня домой. Задержался я изрядно, жена волнуется.

– За рупь хоть по всему Свердловску покатаю, – осклабился извозчик и стеганул лошадь.

В темноте я зашёл во двор, где отец и Михаил курили на завалинке."

"– Долго ты сегодня, – проворчал старик.

– Авария на заводе была, – пришлось снова врать, как мне это ни претило, – в больницу отвозил пострадавшего.

– А куртка где? – спросил Михаил.

– Рану прикрыл. Не бросать же было истекающего кровью.

– Никакого порядка на заводах не стало, – сплюнул шурин, – в прошлом годе соседу вагонеткой ноги переломало, так и остался калекой.

Мне поверили, а это главное.

***

Я сидел на берегу ручья, что прятался в траве, подставив лицо пригревающему солнышку и довольно зажмурившись. Сегодня у меня был «выходной». Взяв Стёпку, отправился с ним подальше от деревни. Его дар требует подготовки, а с переездом некогда даже было позаниматься.

Сейчас сын сидел возле ручья и пыхтя пытался «сдвинуть» воду, так, чтобы оголилось дно. У него ничего не выходило, и Стёпка злился.

– Погоди, сын, не так. Ты заставляешь воду, а надо просить. Мысленно представь, что от неё хочешь, покажи ей.

Стёпка мотнул головой:

– Не выходит.

– Смотри, – я опустил руку в ручей и почувствовал, как по моим жилам побежала знакомая сила. Не веря в происходящее, отдёрнул ладони и уставился на них, будто видел впервые, – не может быть!

Снова опустил руки в воду. Да! Сила вернулась, отзываясь покалыванием во всём теле, как бывает, когда отсидишь ногу. Подняв ладони над гладью, позвал воду к себе, и она откликнулась, волной захлёстывая мои руки.

Я откинулся на траву и расхохотался. Вернулась! Она вернулась! Ведь всё это время я чувствовал себя каким-то убогим, точно у меня руку отрезали, лишили чего-то очень важного.

Стёпка удивлённо наблюдал за мной:

– Ты чего?

– Тогда в Степном крае, когда мы забрали Самира и Равиля, я ведь думал, что лишился дара, что выгорел он. Смотри! – Я повёл ладонью над водой, закрутив маленький водоворот. – Вернулся! Вернулся!!! Иди сюда, садись рядышком.

Сын сел передо мной, я сзади взял его ладони в свои руки и опустил в ручей:

– Давай вместе.

Закрыв глаза, сосредоточился на уже позабытых ощущениях, представил, как сдвигается вода от бережка.

– Смотри, папка, – прошептал Стёпа.

Открыл глаза и увидел, что дно ручья оголилось, а вода стояла стеной, как тогда на Калшире.

– Получилось, – восторженным шёпотом сказал сын, – получилось!

Я отпустил его руки, и он сам теперь удерживал воду. На лице Стёпки расплылась довольная улыбка. Через пару минут сын шумно выдохнул и убрал ладони. Вода плеснула нам в лицо.