Нет, кое-что, конечно, понять да разобрать смогу, но не все. Это с русским языком у меня проблем нет, а вот с иностранными беда.
— Ну, это не беда, — скаламбурил Юркин. — Сыщем знатоков. Так что за Захарова не переживай. Тут, Мишаня, надо еще вовремя поймать момент. Понять, когда именно его надо брать.
— И вы поймете это?
— Да, может, и ты поймешь, — подмигнул капитан.
— А как?
— Чутье подскажет."
"Для офицеров потянулись дни ожидания. Хотя нельзя было утверждать, что они именно тянулись — работы у Дмитрия и Михаила хватало. Они взялись за архивы, попавшие в руки Красной армии.
Капитан не ошибся, сказав, что бумаг будет довольно много. Поскольку у последнего познаний в немецком было ненамного больше, чем у подопечного, им действительно пришлось искать переводчика. Впрочем, поиск надолго не затянулся, и уже на второй день им помогала младший лейтенант, которую звали Александра. Это была худая девушка с коротко остриженными волосами и неулыбчивым лицом. Впрочем, когда Юркин назвал ее Шуркой, переводчица язвительным тоном заметила, что Шурка у него в койке, а она — Саша. Офицеры посмеялись, конечно, капитан, разумеется, ничуть не обиделся, но с тех пор работа у них пошла.
Все трое нашли общий язык, штудировали, как в шутку назвал парень, немецкую клинопись. Саша, несмотря на свою неулыбчивость (что в некоторой степени даже роднило ее с капитаном), оказалась хорошей собеседницей и всегда могла поддержать разговор, а изредка даже и употребить крепкое словцо. «Даром что филолог», — весело отмечал Дмитрий. «Коллега», — с улыбкой соглашался Митьков.
Несколько дней прошли в бесплодных попытках откопать хотя бы крупинку нужной разведчикам информации.
Но, как известно, кто ищет, тот всегда найдет. Офицеры пересматривали бумаги, найденные, судя по их состоянию, в каком-то полузатопленном помещении — все листы были сморщенные, в разводах, а некоторые и рассыпавшиеся на части. Аккуратно держа в руке один из таких обрывков, Саша внезапно нахмурилась, потом принялась рыться, извлекла еще несколько фрагментов и принялась прикладывать то один, то другой.
— Нашла что-нибудь? — спросил старший лейтенант.
За время, которое они проработали вместе, они успели если не подружиться, то стать кем-то вроде добрых приятелей.
Даже капитан милостиво разрешил девушке обращаться к нему по имени и отчеству, а не по званию.
— Возможно. — Девушка продолжила возню с бумажными обрывками до тех пор, пока не сложила их в мало-мальски цельный лист. — Вот, кажется. Как вы говорили, у этого вашего Захарова имя и отчество?
— Павел Владимирович.
Дмитрий тоже подошел поближе, отвлекшись от раскладывания дышащих на ладан бумаг.
— Так. — Переводчица еще раз посмотрела на сложившуюся картинку. — Вот, тут есть Захаров Павел.
2
0
