Ложь на крови

Дмитрий посмотрел на Михаила. Тот более-менее справился с работой. Конечно, без вопросов не обошлось. Понятное дело, человек на новой, так сказать, работе.

— Что скажешь, Миша? — задал резонный вопрос Юркин.

Тот пожал плечами.

— Вроде бы все в порядке, товарищ капитан.

— Так уж ли все?

— Думаю, да.

— Думает он, — хмыкнул Юркин. — Это тебе, мил человек, не чаи распивать. Вот, например. — Он взял со стола одну из папок и открыл ее. — Так, кто у нас здесь? Рядовой Сергеев Владимир Иванович. Что о нем известно?

— Попал в плен в сорок третьем, будучи контуженным. Дважды пытался бежать из лагеря, — доложил Митьков.

"

"— И все?

— Все.

— Нет, Миша, не все. Откуда родом, где служил, откуда призван, фамилия командира части?

— Там это все есть, в деле.

— Есть-то есть. А ты уверен, что он не соврал, когда его допрашивали?

Старший лейтенант пожал плечами.

— Вот то-то и оно, друг ситный, — покачал головой капитан. — Надо же все это проверить. Сделать запрос в часть, по месту жительства, в военный комиссариат и так далее. Думаешь, это все так просто? А вот нет.

— Я понял, — кивнул Михаил. — Каждого нужного так проверять? Делать запросы…

— А как же? Обязательно.

Ты ведь сам знаешь, какое сейчас время. А вдруг это вражина скрытая? Придумал себе историю, а у самого грешков больше, чем у врага народа.

— Идеальную легенду? — улыбнулся парень.

— Ее самую. Так что, Мишаня, давай, не ленись. Все проверяй. Если человек чист — то все в порядке.

— А если нет?

— А если нет, тогда будем дальше выяснять всю его подноготную. И тогда будет видно, кто он и откуда.

— Есть, товарищ капитан.

Дмитрию понравилось то, что «новобранец» не спорит, не возмущается и не кривит морду.

По всему видать, человек ответственный. Это хорошо. В их работе это качество — важное, если не главное. Конечно, это поначалу. Надо будет еще посмотреть, как этот будущий учитель себя покажет, когда уже непосредственно во все дела вникнет. Но постепенно впечатление офицера о новичке менялось в положительную сторону. По крайней мере, навязанный ученик уже не вызывал у него такого неприятия, как при первой встрече.

Дмитрий снова вернулся к работе. Мысли его постоянно возвращались к Захарову. Вроде бы в его рассказе не было каких-то недомолвок или нестыковок, но все равно что-то настораживало.

И Юркин даже не мог понять что. Он надеялся, что сделанные запросы и допросы других бывших узников смогут пролить свет на его подозрения. Или развеять их.

Увлекшись делами, капитан чуть не пропустил обед. По правде говоря, он мог бы обойтись и крепким сладким чаем — когда он работал, то предпочитал не отвлекаться надолго, но вспоминал, как ему на это пеняла Тамара: «Митя, не будешь нормально есть, заработаешь себе сто болячек». Жаль, супруги здесь нет, она бы точно напомнила.