Ловец

Напрягла память и вспомнила: это его перекошенную рожу я видела, когда мы сигали через барьер. Похоже, передо мной маг, но сдается, он не заканчивал даже начальной школы для чародеев. С другой стороны, если сумел удержать течение, значит, уровень явно не штилевика… Неужели дикий?

— Что именно? — я посмотрела на него в упор.

Страх остался по ту сторону барьера. Инстинкт самосохранения самоубился еще тогда, когда я согласилась участвовать в гонках, зато адреналин бурлил в крови взбесившимся гейзером.

— Я смотрю, ты с напарником своим на ножи встала, — глубокомысленно начал он.

— И? — вздернула бровь.

Понять, к чему мужик клонит, было не сложно, но я не собиралась облегчать ему задачу."

"— Зря он такого сильного огневика обидел. Небось, меньше половины пообещал? — меж тем начал вести деловые переговоры здоровяк.

Я лишь вздохнула и мысленно досчитала до пяти. Эту махину просто так не вырубить, разве что магией в лоб зазвездить, и то не факт. А судя по решительному виду мужика, тот задался целью провести дипломатические переговоры до победного заключения двусторонних соглашений.

— Видел, как ты сварила Черепа. Впечатляет. Не хочешь со мной в связке быть, раз уж этот хлюпик не у дел?

Я уже про себя составила заковыристый маршрут и собралась его озвучить, когда из-за спины донеслось:

— Чокнутая со мной. Такие выяснения отношений в нашей связке в порядке вещей. Просто она — горячая штучка.

Меня тут же нахально приобняли за талию, а в ухо серьезным, ничуть не подходящим к развязным манерам, тоном прошептали: «Уходим, живо! Сейчас облава начнется».

Сколь бы матерные чувства я не испытывала к Климу, но разум все же возобладал.

Я кивнула, подтверждая слова «напарничка».

Громила нахмурился, но, отойдя с дороги, веско бросил:

— Но, Чокнутая, если надумаешь, Сивый будет ждать.

Прозвище громиле шло. Да какой шло, оно летело к нему навстречу со скоростью пули, чтобы впечататься намертво этому седому бугаю с двумя косицами и руками, которые я обхватить могла бы разве что двумя своими ладонями.

Угукнула в ответ, когда Клим буксиром уже тащил меня куда-то за угол. А потом по ушам ударила сирена. Законники.

Убегали мы, как выразился Клим, по всем законам кулинарного жанра: закладывая кренделя, усиленно шевеля булками, кроша батон на попадающихся под ноги крыс, и всей душой не желая сушить сухарей.

Наконец, когда в одной из подворотен мы буквально влипли в стену, а патруль пронесся мимо, «напарничек», тяжело дыша, уточнил:

— Больше бить не будешь?

Я так же, выплевывая воздух, заверила:

— Буду, дай того, отдышаться…

— А…. ну давай это, отдышивайся и поговорим.

С этими словами он согнулся и упер руки в колени. Я последовала его примеру.