Лорд, который влюбился

Меня от этих строк замутило, зато удивления никакого… Я знал достаточно боевых магов и понимал – Шейн действительно мог поступить упомянутым образом, это вполне в духе таких, как мы.

Более того, когда речь о запредельном напряжении и поступках, которые требуют невероятной концентрации сил, приоритеты меняются. Это румяная домохозяйка может драться за право авторства на рецепт блинчиков, а великие люди мыслят другими категориями. Шейн был велик."

"Я шумно выдохнул и откинулся в кресле, уставившись в потолок – в читальной зоне библиотеки было практически безлюдно и очень спокойно.

Никаких битв, никаких предательств и несправедливости. Простая и мирная жизнь, и Шейн Тизар являлся одним из тех, кто обеспечил этот покой.

Еще один выдох, и я вновь вернулся к книжным страницам, чтобы прочесть:

«Прошло много лет, и я готов стать тем, кто нарушит запрет Шейна. Возможно, мой скромный труд никто и никогда не прочтет, но правда должна быть изложена. Хотя бы так. Хотя бы здесь».

Это был последний абзац главы, посвященной той битве, и под ним стоял известный символ, выполненный кровью… Такие символы ставили в храмах, с вплетением особой силы.

В случае, если написанное правда, символ при переходе на магическое зрение сиял.

Я, разумеется, перешел, и… да, обнаружил сияние – ровное и спокойное.

Оруженосец, написавший этот текст, не лгал.

* * *Эрика Тизар

Когда свинец неба сменился молоком защитного купола, развернутого над полигоном, я испытала острый прилив счастья. Лежала на такой родной, покрытой высохшей травкой земле, и чувствовала себя так, словно мне миллиард алых роз подарили и стильное бриллиантовое колье.

Парни лежали рядом и тоже таращились на купол.

Собственно, когда стало понятно, что нас вот-вот выбросит из игровой реальности, мы все на землю попадали. От облегчения.

– Ну вообще, – после долгой паузы выдохнул Максион.

– До сих пор не верится, что выжили, – добавил Гиберт.

Черноволосый Фикс промолчал, а я…

– Надеюсь, таких испытаний больше не будет, иначе я чокнусь.

Новая пауза, а за ней…

– Да ладно прибедняться, Эрика. Ты держалась лучше каждого из нас, – заявил Гиб.

Я порозовела, а Макс поддакнул:

– Если б ни твои защитные схемы, нас бы порвали в клочья.

– А я и думать не желаю о том, что с нами могло случиться без тех контуров, – все же подал голос Фикс.

 – Кстати, Эрика, я говорил, что я тебя люблю?

– Я влюбился раньше, поэтому я первый претендент на руку и сердце, – вяло запротестовал Гиберт.

– А у меня права капитана, – напомнил Максион.

– Обойдешься, – парировал Гиберт. – Я все равно претендент номер один.

Парни замолчали, а я сделала несколько глубоких вдохов и зажмурилась. Нет, действительно счастье, что все закончилось, и до сих пор не понимаю, как выдержала этот кошмар.