4
0Ничего не слышно о Максиме? — она переводила взгляд с одного из нас на другого, разглядела всех четверых.
Я пожала плечами. Кто это? Не знаю и знать не желаю ни о каком Максиме. Сунула нос в прозрачный пакет с кофточкой. Молочно-белый трикотаж пах сливочными крендельками.
— Я ее только один раз надела и тут же сняла, водолазка мне мала, а тебе должна подойти, Леня. Если не понравится, то можешь выбросить. Ничего не знаешь о бароне?
— Спасибо! Мне очень нравится! Я буду носить твой подарок с радостью, Вероника, — я проигнорировала последнее гадкое слово. Бе!
— Холдем! — брякнул Изя о своем.
— Он запрещен на этом полушарии, — тут же среагировал Пит.
— А я знаю место на Правом берегу, где играют по-взрослому, — вставила свое Вероника.
— Где? — тут же обернулись трое моих приятелей к барышне.
— Не скажу, — она гордо поднялась на ноги. — Вы молчите о своем комэске, вот и я стану молчать!
— Ну, Ви! О, Ника! Красавица и умница! — кудрявый брюнет схватил девушку за руки и усадил обратно за стол, — расскажи и мы тебе все-все расскажем!
— А я не умею играть, — сказала негромко я.
Взяла поднос с грязной посудой и пошла к двери кухни. С тех пор, как осталась без копейки, я не забывала убрать за собой никогда.
Как большинство выпускников приютов и Высоких школ изящных манер, я знала много карточный игр. И даже фокусов. Правый умник говорил дело: любимый спорт Империи на этой планете держался под строгим запретом. Но это не значит, что в холдем не играли. Отнюдь. Просто для входа на такую закрытую вечеринку нужен был пароль.
Братья ОТулл ждали меня у двери. Мечтали отконвоировать на сдачу теста. Я люблю математику. Царица наук отвечала мне редкой взаимностью.
Не то, что «Общий курс культуры и этики». Я покрывалась синими пупырышками при виде стопки толстенных трудов, которые следовало прочитать. Изя раздобыл для меня лекции, но я боялась даже заглядывать в pdf-файлы тонной веса. Семинарами малодушно манкировала. И допрыгалась. Большая дама с замашками черепахи накрыла меня в коридоре учебного корпуса.
— Скажите, Петров, я вас предупреждала? — мадам Бланш моргала привычно сразу обоими глазами. — Работа, которую вы мне прислали, мягко говоря, беспомощна.
— Да, мадам. Я виноват.
Я была согласна на все. В составе своего бывшего звена я игнорировала ее семинары и лекции абсолютно. Если рыжих братьев, возможно, прикрывал ее любимчик барон, то мне рассчитывать на снисхождение не приходилось. Никакая летная призерская слава здесь не работала.
— Жду вас на коллоквиуме в субботу.
