Ло. Лётная школа

Как они там? Не утонули?

Почему это они мои? Да что с ними вообще может случиться, с этими сумасшедшими? Эспо неожиданно твердо взял меня за локоть и потащил к воде. Телефонная трель остановила герра Юнкергрубера где-то позади.

— Так, птенчик Ло, этот капитан не так прост, как кажется. Да не делай ты дурацкое лицо! Юнкер напросился с нами в последнюю минуту, а у самого в багажнике полный аллес гемахт в плане жратвы и выпивки. Зачем, спрашивается? Затем. Он безопасник, а они гребут только под себя и контору, понял? Соображай быстрей! И держи язык на привязи, мальчик, — небрежно ухмыляясь, как о мелкой ерунде, выдал негромко брюнет.

— На какую тему? — прошептала я. Мне не понравился поворот.

— На все! Тупо помалкивай. Понял?

Я кивнула. Терпела плотно прижавшегося к левому боку пограничника. Его револьвер в кармане галифе давил в бедро. Эх!

Как жалко. Такой интересный герр, как его? Вальтер. Какая контора? Куда гребут? Я не чувствовала от него ничего опасного. Наоборот. Веселящее любопытство покалывало подушечки пальцев. Хотелось узнать. Ну, к примеру, какие на ощупь его волосы. Такая плотная волна обычно бывает у жестких, как проволока, кудрей.

"— Я первый! Все вы зимы настоящей не видели, бледные! Мы — настоящие суровые парни с Урала, не боимся прохладной водички! — выкрикнул Иван, выбираясь из ледяной волны. Кр-расный, здор-ровенный, р-радостный. Заметил меня. — Что, опять кровь, Ленька?! Что же вы, летуны беспредельные, снова братана моего разрисовали! Ща я вам, буржуйские рожи, устрою хенде хох! Кто?! Эспозито, ты?

Тот резво поднял руки вверх.

— Гитлер капут, Иван! — заржал весельчак-пограничник и показал пальцем за спину на черного Юнкера, — его работа, натюрлих.

— Ща я со всеми вами разберусь! — постановил Ваня. Сунул могучие ноги в берцы и сделал шаг.

— Ваня, это… — я повисла на мокром побратиме, скороговоркой перечисляя события. Тот отводил меня конопатой рукой и желал выяснений.

— Прелестные трусики, Кей! — Эспо смеялся громко, предусмотрительно переместившись в сторону от сердитого Вани. — Новый взрослый имидж? Прощание с целибатом?

— Где? — переключился мой старший лейтенант.

— С чем? — изумилась я.

Мы слаженно обернулись.

Может быть, это кому-то нравится. Кто-то, наверное, делает фото на память и любуется в свободную минутку. Но только не я. Алого цвета тряпица якобы что-то прикрывала на теле нашего комэска. Зато было видно, где закончился хвост татуированной кошки. Бе!

— Зачет, Кей-Мерер! Готов к совершеннолетию? Браво-браво! — продолжал прикалываться Эспозито.

— Что-то ты слишком много говоришь, приятель. Не знал, что красное тебя заводит, — усмехнулся блондин в красных плавках.