— А теперь я отец героического курсанта Петрова и свадебный генерал на завтрашнем празднике, — Андрей засмеялся. Как же люблю, когда он так открыто радуется! — Поэтому мы сядем в такси и уедем в здешний центр жизни. Там мы вкусно пообедаем и купим тебе юбку. Потом поужинаем, и ты мне расскажешь все-все-все.
— Юбку? — я округлила глаза. Перспектива рассказов в стиле «все-все-все» мне не нравилась ваще.
— Конечно! — Андрей смеялся, — не почапаешь же ты на лучший день своей жизни в летном комбезе. Нужна определенно юбка и туфли на каблуке!
Мы давно не виделись.
Лимузин отеля, сверкая черным лаком боков, провез нас под знаменитыми воротами Школы. Люди, наряженные в праздничные одежды, шли на Главный праздник здешнего лета. Летный выпуск. Родня, друзья, курсанты наземных отделений. Девушки несли цветы. Торопились поздравить любимых с исполнением мечты всей жизни. Многие с любопытством подсматривали в непроглядно-черные стекла автомобиля.
В новом бледно-зеленом костюме с эмблемой школы на груди я смахивала на стюардессу бизнес-джета.
— Не боишься? — спросил Андрей, кладя тяжелую светлокожую ладонь на мою загорелую кисть. Улыбается, а глаза серьезные.
Я не боялась. Удивилась:
— Кого мне бояться?
— Все же ты морочила парням голову четыре месяца. Реакция может быть любой, в том числе, непредсказуемой — сказал он негромко, протянул руку, предлагая выбраться из машины.
— Ничего страшного, Андрей.
Я вышла из лимузина со своей стороны. Обогнула черный автомобиль и взяла командора под руку. Выпрямила спинку, выставила подбородок параллельно земле, как учили в Сент-Грей и повторила свою старую фразу:
— Бог не выдаст, свинья не съест. Вперед!
— Я рядом, малышка, — мужчина вздохнул, — если…
Задорный горнист протрубил построение. Ребята устремились к своим местам.
— Все-все! — я отцепилась от командора и понеслась вслед за всеми.









