4
0
Свет в библиотеке горел полный. Огромный портрет, отлично знакомый по репродукциям энциклопедий. Плотный, гренадерского роста бородатый блондин с тяжеленной баронской цепью на шее. Сердитый предок Кей-Мерера сверлил меня голубенькими глазками. Где сам?
— Интересуешься живописью? — незнакомый мужской голос.
— Не особенно, — ответила я.
— Подойди.
Возле массивного, как полагается в таких местах, письменного стола стоял мужчина. Высокий рост. Жилистый. Седой. Недельная щетина и стрижка. За пятьдесят неслабо. Он присел на угол стола и скрестил руки на груди. Бицепсы откровенно натянули ткань костюма.
— Ближе, — приказал он. Легко, как жил.
Я осталась на месте. Замерла.
От чужака ко мне шла плотная волна брезгливой ненависти. Имела запах оружейной смазки и чего-то такого, что я не могла распознать. Что за ком с горы? Револьвер у него в правом кармане или за пазухой?
— Ты оглох, что ли? Подойди к столу, — тренированный дядя со значением приложился тяжелой дланью к малахитовой столешнице.
— Спасибо, мне и тут нормально слышно, — я засунула руки в карманы, — мне сказали, что барон меня ждет.
Стало холодно спине. Придурок Маркуша и в половину не казался таким опасным, как этот внезапный командир. Мужик смотрел пристально. Я глянула на портрет над столом.
— Дошло? — спросил он хрипло.
Дошло? Намекает, что тоже барон? Торчать под его прицельным взглядом и разгадывать его загадки загадочные мне совсем не улыбалось. Под коленками дрогнули мышцы. Ощущение ловушки придвинулось вплотную. Нафиг!
Я развернулась и поняла, что двери нет. Провела рукой по гобеленам обивки по памяти. Ноль. Мышеловка захлопнулась по всем правилам жанра.
Я не сопротивлялась. Не тратила силы и ждала момента. Силища в руке на моем горле перекатывалась неимоверная. Он протащил меня через всю комнату к камину. Там висела разная мерзость, вроде голов убитых животных, их рогов и прочей охотничьей атрибутики.
Стеклянные глаза хомо верус на мертвых лицах украшали самый центр. Дальше шли старинные фото в рамках и в стиле душки герра Шен-Зона.
— Видишь, тварь? — родственник портрета на стене встряхнул меня, как следует. Рычал. — Вот, что я делал с такими, как ты, двадцать лет назад! Отвечай, когда тебя спрашивают, или приколю к стене рядом.
— Отпусти меня, урод, — я решила, что выкать поздно и бестактно, — отвали! Причем здесь я?
— Гаденыш! — он с силой кинул меня в ковер с косыми крестами сабель на стене.
