1
0Вот что он умеет в совершенстве — врать, пускать пыль в глаза и выворачивать слова наизнанку.
Ветер нагнал тучи, скрывая луну, но где-то вдали идущий в порт корабль включил прожектор, засветив мне прямо в глаза."
"— Почему вы развелись? — спросил Егор, опоздав на шесть лет. Раньше я очень любила говорить об этом. Рассказывала всем, кто был готов слушать. Тогда мне было еще больно. А теперь все равно и рассказывать подробности мне уже не хочется.
— Какая разница? — я передернула плечами. Все-таки действительно было прохладно, и платье с рукавами три четверти не очень подходило для субтропической зимы. — Все как у всех. Люди рассказывают одни и те же скучные истории. Сходи на какой-нибудь сайт с историями разводов, возьми горсть наугад — и там окажется пара похожих. И еще одна — такая же, как у меня.
— Каждая история уникальна.
— Нисколько. Лев Николаевич был в корне не прав. Это все счастливые семьи счастливы по-разному. У всех свой путь к счастью. А вот несчастливые — несчастливы одинаково. Иногда даже целые фразы в историях повторяются, как будто мы списываем друг у друга.
— Лесь… — Егор попытался обнять меня за плечи — то ли утешить, то ли наконец занять рот чем-нибудь более интересным, чем воспоминания о разводе, но его горячие пальцы натолкнулись на совершенно ледяную мою кожу и он даже испугался: — Ты чего молчишь, что замерзла? Давай в машину, только заболеть тебе не хватало!
Романтическая сцена у моря как-то не задалась. Я даже не стала спрашивать, куда он меня везет — только когда узнала улицу, ведущую к моему отелю, сказала быстро, чтобы не успел остановиться и расспросить:
— Если тебе так любопытно — у меня была самая банальная из всех историй. Поехал на встречу одноклассников, встретил школьную любовь, не удержал хер в штанах.
И я выскочила из машины, хлопнув дверцей.
Вода в душе была еле теплой, одеяла слишком легкими, и я долго не могла согреться, даже когда надела все теплые вещи, что привезла с собой. Лежала, стучала зубами и смотрела в темноту.
Я сказала Егору правду. Но не всю правду.
Первая брачная ночь
В теплых странах, где на улице никогда не бывает ниже нуля, а в домах нет центрального отопления, организм, привыкший к шпарящим на родине батареям, немного не понимает прикола. Он опасается — если в комнате такой промозглый мерзкий холод, то какой же ужас ждет на улице?!
Я даже минут десять колебалась, не достать ли из чемодана заныканную туда в аэропорту Ларнаки зимнюю куртку. Но на улице оказалось намного теплее, чем в номере. Бледное зимнее солнце грело сильнее, чем в Москве весной, разноцветные кипрские кошки лениво валялись на крышах машин — по кошке на машину, и прямо под ногами путались бесхозные ярко-оранжевые апельсины.
