Легендо

Подбрасывая ярко-фиолетовое яблоко между кончиками ловких пальцев, он преградил Телле путь. Фрака на нем по-прежнему не было, а рубашка выглажена лишь наполовину, как будто он, лишившись терпения, забрал ее у служанки, прежде чем она успела закончить работу. Его бриджи не выглядели помятыми, но когда восходящее солнце коснулось лоснящейся кожи, из которой они были пошиты, Телле показалось, что она увидела похожие на кровь брызги.

Она сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

– Что ты делал с моей сестрой?

– А ты, никак, ревнуешь?

– Не обольщайся.

– Думаешь, не стоит? – Джекс прошел вглубь каменного сада, петляя между навсегда застывшими слугами и заставляя Теллу следовать за собой.

– Наши с тобой отношения ненастоящие, – со стоном проговорила Телла. – С чего бы мне ревновать?

– Может быть, ты хочешь, чтобы они стали настоящими.

– Слишком уж ты себе льстишь.

– Только потому, что этого не делает моя невеста. – Джекс говорил легкомысленным тоном, но не сводил глаз с Теллы. Он стоял, опершись одной обутой в сапог ногой о парапет испуганной каменной статуи рядом с Теллой. Вынув спрятанный в голенище кинжал, он начал счищать с яблока кожуру, как будто внезапно потерял к разговору всякий интерес.

– Ты все еще не сказал мне, что делал с моей сестрой, – потребовала ответа Телла. – Я хочу, чтобы ты держался от нее подальше.

Джекс оторвал взгляд от лезвия.

– Вообще-то, это она искала встречи со мной.

– Зачем бы ей это делать?

– Я пообещал, что никому не скажу.

Телла фыркнула.

– Даже не пытайся притворяться, что у тебя есть хоть капля совести.

Джекс снял с яблока последний кусочек кожуры и с жадностью надкусил.

– Только потому, что мои моральные принципы отличаются от твоих, еще не означает, что у меня их нет.

– Предлагаю тебе их пересмотреть, – отозвалась Телла. – Большинство людей согласится, что убить кого-то хуже, чем подорвать доверие.

– Разве с тех пор, как мы с тобой познакомились, я хоть кого-нибудь убил? – Джекс провел языком по своим острым белым зубам и снова впился ими в яблоко. Из уголка его рта стекал светящийся сок, красный, как кровь. Даже во время еды он умудрялся насмехаться над ней!

Он вел себя небрежно и лениво, но был самым расчетливым и самоуверенным из всех Мойр. Вероятно, он и Теллу считал чем-то вроде сочного яблока, которое можно понадкусывать, а потом выбросить.

Еще одна красная капля упала с его губ, и Телла, не выдержав, бросилась на него и выбила яблоко из его бледных рук. Затем вцепилась ему в горло. Джекс в мгновение ока обхватил руками ее запястья.

– Ты не можешь убить меня, – напомнил он."

"– Но попытаться все равно стоит. – Она пнула его ногой, но он с легкостью увернулся.

– Ты только утомишься, – спокойно сказал он.