Легендо

Телла пожала плечами, как будто это заявление не произвело на нее впечатления, хотя в голове накрепко засела одна-единственная мысль, вытеснившая все прочие: «Восемнадцать лет, восемнадцать лет, восемнадцать лет…»

Почти восемнадцать лет назад поженились ее родители. Телла знала об этом, потому что после того, как мать пропала, она искала информацию, где та жила, прежде чем стала женой губернатора Драньи, но ничего не обнаружила. А все потому, что она пыталась найти женщину по имени Палома, а Палома до прибытия на Трисду была преступницей Парадайз – Потерянным Раем. Итак, Джекс говорил правду об имени ее матери.

От осознания того, что она знала мать только половину своей жизни, Телле всегда было горько, она чувствовала себя ограбленной. Теперь же ей стало казаться, что она вообще никогда ее по-настоящему не знала.

– Бесплатно я тебе больше ничего не скажу, – предупредила Айко. – Если хочешь услышать остальную часть истории, то должна будешь отдать мне кое-что взамен. Не волнуйся, я не стану красть ни единого дня твоей жизни.

– Чего же ты в таком случае хочешь?

Айко склонила голову набок, так что ее длинные черные волосы упали на плечо, и, казалось, глубоко задумалась.

– Караваль – это мир, сотканный из фантазий, и иногда тем из нас, кто всегда живет в нем, становится трудно различать, что реально, а что нет. Большинство ни за что не признается, однако все мы жаждем настоящего. – Она сделала паузу, как будто собиралась добавить что-то еще, но затем, похоже, передумала. – Все, чего я хочу от тебя сегодня, – это получить частичку чего-то реального. Например, какое-то твое воспоминание.

– Выражайся конкретнее! Мне в самом деле интересно узнать о своей матери, но я не хочу благодаря тебе позабыть собственное имя, например.

– О подобном я и не помышляла, – воскликнула Айко, сверкнув своими темными глазами. – Отличная идея, вообще-то. Но я приберегу ее для другого раза. Сегодня вечером я хотела бы получить оставшееся у тебя последнее воспоминание о твоей матери.

Телла отпрянула, инстинктивно резко шагнув назад.

– Нет! Никаких воспоминаний о ней ты от меня не дождешься.

– А ты тогда не дождешься никаких сведений о Потерянном Рае, – в унисон ей ответила Айко.

– Неужели ты не можешь удовольствоваться другим воспоминанием?

– Ты назвала Парадайз своей матерью. Я хочу понять почему.

– Я никогда ее так не называла, – возразила Телла.

– Именно что называла! Ты сказала, что тебе было бы интересно узнать о ней. И поскольку история – это по моей части, в моих силах поведать тебе все, что ты хочешь знать. Так что, либо ты отдашь мне последнее воспоминание о своей матери, либо ищи себе другого знатока.

Телла не была готова отказаться ни от каких воспоминаний о Паломе.