16
0Теперь она снова себе хозяйка, и ей страшно... ум ее отказывается решать задачи, которые ставит перед ней ее собственная жизнь...
...Люди, которые оставались здесь, не испытывали ничего подобного. Например, Роули...
И сразу же мысли Линн обратились от абстрактных обобщений к вопросу, который нужно было решать сегодня же: это главный вопрос, по существу – единственный.
Действительно, хочет ли она выйти замуж за Роули?..
Тени медленно удлинялись. Наползали сумерки. Линн сидела без движения, подперев подбородок руками, на опушке маленькой рощи на склоне холма и глядела вниз, где расстилалась долина.
Ниже по склону, налево, виднелась усадьба «Высокие ивы». Там будет ее дом, если она выйдет замуж за Роули.
Если! Значит, дошло до этого: если? если? если?
Какая-то птица вылетела из лесу с испуганным криком, похожим на крик рассерженного ребенка. Дым от проходящего поезда поднялся в воздух и, рассеиваясь, образовал в небе гигантский вопросительный знак.
«Идти ли мне замуж за Роули? Хочу ли я замуж за Роули? Могу ли я отказаться от брака с Роули?»
Поезд, пыхтя, скрылся в долине, дым медленно рассеялся.
До отъезда она любила Роули. «Но домой я вернулась другой, – думала она. – Я уже не прежняя Линн»."
"В ушах зазвенела стихотворная строка:
И жизнь, и мир, и я самаСовсем переменились...А Роули? Вот Роули не изменился.
Да. В этом все дело. Роули не изменился. Роули такой же, каким она оставила его четыре года назад.
Хочет ли она выйти замуж за Роули? Если нет, то чего же она хочет?
В роще, у нее за спиной, затрещали ветки.
Она вскрикнула:
– Дэвид!
– Линн! – Продираясь сквозь кустарник, он удивленно глядел на нее. – Что вы здесь делаете?
До этого он бежал и слегка запыхался.
– Не знаю. Просто думаю. Сижу и думаю. – Она смущенно засмеялась. – Кажется, уже поздно.
– Вы не знаете, который час?
Она мельком взглянула на свои ручные часы.
– Опять стоят. Я действую парализующе на все часы.
– Не только на часы, – сказал Дэвид. – Это действует ваш электрический заряд. Жизненная сила. Вы – сама жизнь.
Он подошел к ней, и с чувством неясного беспокойства она поднялась на ноги.
– Становится совсем темно. Мне нужно спешить домой. Который час, Дэвид?
– Четверть десятого. Я должен бежать со всех ног. Мне необходимо поспеть на лондонский поезд девять двадцать.
– Я не знала, что вы вернулись из города.
– Мне надо было взять кое-что из Фарроубанка. Но я обязательно должен поспеть на этот поезд. Розалин одна, а она сама не своя, когда остается в Лондоне ночью одна.
– В гостинице? – В голосе Линн прозвучало презрение.
