Эркюль Пуаро

В ресторане по-прежнему сервировали обеды, завтраки и ужины, но наверх, в квартиры, подавались только завтраки.

Квартира, которую снимала миссис Гордон Клоуд, находилась на третьем этаже. Она состояла из гостиной со встроенным буфетом, двух спален со стенными шкафами и ванной комнаты, сияющей кафелем и хромом.

По гостиной метался Дэвид, а Розалин сидела на диване и водила за ним глазами. Она была бледна и казалась испуганной.

– Шантаж! – бормотал он. – Шантаж! Боже мой, разве я похож на человека, который позволяет себя шантажировать?

Она покачала головой – растерянная, обеспокоенная.

– Если бы я знал! – говорил Дэвид. – Если бы я только знал!..

Розалин жалобно всхлипнула.

Он продолжал:

– Приходится действовать в темноте, с завязанными глазами! – Вдруг он круто повернулся: – Ты носила те изумруды к старому Грейторексу?

– Да.

– Сколько он дает?

– Четыре тысячи фунтов. Он сказал, что, если я их сейчас не продам, их надо снова застраховать.

– Да, цены на драгоценные камни подскочили вдвое. Конечно, мы можем достать эти деньги. Но ведь это будет только начало, из нас будут сосать кровь до тех пор, пока не высосут все до последней капли.

– Давай уедем из Англии, – плакала она. – Давай уедем. Разве мы не могли бы уехать в Ирландию, в Америку... куда угодно.

Он обернулся и посмотрел на нее.

– Ты не борец, Розалин. Твой девиз – рубить концы и спасаться.

Она причитала:

– Мы поступили дурно... Все это... очень дурно... богопротивно.

– Как раз благочестия мне сейчас и не хватает! Довольно. Мы хорошо устроились, Розалин. Первый раз в жизни я хорошо устроился и не собираюсь все это терять. Слышишь, Розалин? Если б только не приходилось драться вслепую, черт возьми! Ведь ты понимаешь, все это может быть обманом, блефом.

Возможно, что Андерхей лежит себе в могилке, где-нибудь в Африке, как мы с тобой и думали.

Она содрогнулась.

– Не надо так, Дэвид. Ты пугаешь меня.

Он взглянул на нее, увидел страх в ее глазах и сразу же переменил тон. Подсев к ней, он взял ее холодные руки в свои.

– Перестань беспокоиться, – сказал он, – предоставь все мне и делай то, что я говорю. Ведь тебе это нетрудно, правда? Только поступай в точности так, как я говорю.

– Я всегда так и делаю, Дэвид.

– Ну да, – засмеялся он, – ты так и делаешь.

Мы еще выкарабкаемся, не бойся. Я найду способ прищемить этого мистера Инока Ардена.

– Кажется, было такое стихотворение, Дэвид; что-то о человеке, вернувшемся обратно...

– Да. – Он оборвал ее. – Как раз это меня и беспокоит. Но я доберусь до сути, не бойся.

Она сказала:

– Ты повезешь ему деньги во вторник вечером?

Он кивнул.

– Пять тысяч. И скажу, что не могу достать сразу остальные. Но я должен помешать ему пойти к Клоудам. Думаю, что это была просто угроза, но почем знать...