Леди не по зубам

Он взял у тебя деньги, чтобы усыпить твою бдительность, а сам побежал в интернат докладывать Глебу, что кто-то чужой рыскает по автобусу. Но по дороге ему попалась Лаптева. Так, Викторина?! Оскар не удержался и, скорее всего, быстро, на ходу рассказал тебе, что бежит докладывать Глебу о воре, который среди белого дня забрался в автобус. Ты поняла, что планы Марика по подмене капсул могут нарушиться, и… – Элка опять упёрла луч света Викторине в лицо.

– Да! – захохотала Лаптева, допив из стакана водку. – Да, да!! Я встретила этого Тузика сначала возле учительской, потом бежала за ним до туалета на втором этаже и уговаривала его, чтобы он шёл в зрительный зал, а не бежал за кулисы к Глебу. Я убеждала этого придурка, что сама всё расскажу Глебу Сергеевичу, но он упёрся как баран: «Ваш автобус грабят! Я не рискнул сам бороться с грабителем, но обязан лично сообщить об этом вашему директору!» Я не смогла его убедить не лезть со своим доносом к Сазонову! Я хотела, чтобы у Марика всё получилось, чтобы эти капсулы скорей подменили, чтобы это дурацкое путешествие, наконец, закончилось и мы скорее поехали на Мальдивы!!

Я смотрел на разгорячённое лицо Викторины, на красные пятна у неё на щеках, и вдруг подумал, что у преступников не зря случаются такие приступы откровенности. Наверное, это очень трудно – носить в себе тяжкий грех загубленной тобой жизни, и хочется рассказать об этом не как о преступлении, а как о своей избранности, своих исключительных способностях, о том, что это не всем подвластно и не каждому позволительно. Наверное, во время рассказа, у таких людей рождается бравада и чувство гордости за себя."

"– Я до последнего уговаривала этого Оскара, что сама расскажу Сазонову о происшествии, но он упёрся и твердил: «Я сам, я сам, это мой интернат, и я за всё здесь в ответе!» У меня не было выхода. Я вдруг подумала: а как бы отнёсся Марик, узнай, что его любимая скромняга-учительница стала убийцей?! – Викторина захохотала, закинув голову, и луч от мобильника осветил всю глубину её глотки вплоть до розовых гланд. – Я решила убить Оскара Васильевича. Это было просто, ново и интересно. Пришлось только решать – как. Я бы ударила его по голове, но было нечем. Я бы застрелила его, но было не из чего!! Я бы заколола его шпилькой, которой крепила волосы, но это было бы долго, утомительно и ненадёжно. И тогда я, глядя этому дебилу прямо в глаза, сказала: «Оскар Васильевич, мне нужен ваш ремень. Немедленно и сейчас!» Вы не поверите! – в голосе Викторины послышались превосходство и торжество. – Вы не поверите, но этот придурок выдернул из штанов ремень и протянул его мне! Он даже не спросил, зачем мне это понадобилось!

– Он доверял тебе, – тихо сказала Элка.