5
0Гордеев, глядя, как начальник уголовного розыска надеется из засады убить преступника, сплюнул на пол с досады, покрутил пальцем у виска.
– Внизу никого не осталось? – шепотом спросил начальник милиции.
– Чего шептать? – вполголоса ответил я. – Наташка будет спускаться – услышим.
– Так есть там кто или нет? – занервничал Гордеев, показывая на вход на цокольный этаж.
Сверху раздались шаги. В пустом здании отчетливо слышалось, как у Натальи цокают подковки на каблуках полуботинок. Шаги Седова были мягче, но я ощущал их, каждый его шаг тяжелым молотом отдавался в моем сердце.
«Ну, вот и все, – подумал я, проведя рукой по заднему карману брюк. – Нож на месте, будет возможность, прирежу учителя, хрюкнуть не успеет».
Вначале на лестнице появились ноги. Наталья и Седов остановились на первой ступеньке. Мы замерли в ожидании.
– Да ну, на фиг! – громко сказал учитель. – Я сам тогда не захотел, а ты подумала, что не смог? Нужна ты мне как собаке пятая нога! Пошли, не бойся. Нас там целая делегация заждалась.
«Интересно, если я сейчас умру, то это будет смерть на взлете синусоиды или в момент падения? Я не хочу, чтобы мою бессмертную душу закопали вместе с оболочкой».
Учитель и Наталья остановились на площадке перед спуском на цокольный этаж.
Как тень, за их спинами появился Антонов Михаил. Взмах отверткой с длинным жалом, удар в спину – и учитель кубарем полетел вниз.
– Ложись! – крикнули все разом.
Падая на пол, я заметил, как Михаил Ильич повалил дочь и прикрыл ее своим телом.
Взрыв гранаты был похож на хлопок новогодней хлопушки. Бац! И что-то толкнуло меня под ребра. В боку стало мокро и тепло. Появились внутренние голоса.
«Когда он закрыл голову руками, осколок влетел под локоть», – сказал Первый голос.
«Ребро при дыхании скрипит, свист воздуха, во рту кровь – это проникающее осколочное ранение грудной клетки, – ответил Второй голос. – Пневмоторакс! Он умрет от удушья».
«Слышь, уроды, – мысленно обратился я к внутренним голосам, – это я так с ума схожу?»
«Чего тебе с ума сходить, – ответил Первый голос. – Ты и так дурак».
«Конечно, дурак, – согласился Второй голос. – Разве умный человек будет хрен под окном выращивать?»
Голоса противно засмеялись.
Я лег на спину, задрал рубашку, ощупал бок. Вся правая сторона туловища была в крови. Дышать становилось все труднее и труднее. Пока не померкло сознание, я постарался вспомнить, что нам о пневмотораксе рассказывали на уроках судебной медицины: «Пневмотораксом является нарушение целостности плевральной оболочки вокруг легких. Вследствие сквозного ранения давление воздуха в грудной клетке человека сравнивается с атмосферным давлением, легкие перестают работать, кровь не обогащается кислородом, наступает смерть.
