2
0Во главе — тот самый Мартин, с которым Митьке довелось разговаривать накануне. Ганзеец привел с собой внушительную свиту, как и подобает человеку его ранга и положения.
Завидев немцев, рыбаки решили не дожидаться, вышли навстречу. Митька сбежал с крыльца по ступенькам и приветственно взмахнул рукой. Мартин увидел приветствие, но отчего-то не ответил, только зашагал навстречу рыбачку, ускорив шаг. Остальным немцам пришлось его догонять. Купец заметно нервничал, постоянно облизывал губы и бормотал себе под нос что-то невнятное. Наконец, сблизившись, он не обратил внимание на протянутую рыбаком руку и прошипел, чем окончательно вогнал Митьку в ступор:
— Это еще что такое?
Его ноздри раздувались от ярости.
— Что не так-то? — насторожился Митька."
"— Он еще спрашивает, — буквально выплюнул Мартин, обращаясь к купцам из своей свиты, стоявшим за его спиной. — А может, ты сам расскажешь, что не так?
— Я не понимаю.
— Груз! Кому ты его продал?
Казалось, что Мартин едва сдерживается, чтобы не придушить рыбака.
— Это обычное недоразумение, уверяю, — попытался снизить градус разговора Митька. Но ничего не вышло, ганзеец аж припрыгнул, из последних сил сдерживая гнев, и выпалил:
— Да? На Торговой стороне говорят обратное, что англичанин, то бишь ты, свой товар продал и умывает руки!
У Мартина, как уже успел узнать Митька, были свои источники на Торговой стороне. Взятки в виде монет работали исправно, и ганзеец имел на руках всю последнюю и достоверную информацию. Нетрудно было догадаться, что во всем этом были замешаны московский посыльный Игнат и купцы Ивановского сто…
— Вчера я разговаривал с царским посланником, но не в курсе, что там происходит. Встречи с новгородцами у меня не было.
— Зато я в курсе, что мы договорились о сделке, а ты теперь продаешь МОЙ товар!
Мартин отнюдь не собирался сбавлять обороты и успокаиваться.
— Да подожди ты, давай разберемся, говорю же, я ничего не продавал! — настаивал Митька. — Дай объясниться хоть, может, что придумаем.
— Ну попробуй.
Ганзеец с перекошенным от злобы лицом мало напоминал вчерашнего спокойного и обходительного торговца — еще бы, не выполнялись достигнутые им договоренности.
— Вечером приходил некий Игнат, человек от Государя… — Митька вкратце пересказал ганзейцам вчерашний разговор с московским посыльным. — Разумеется, я согласился с посыльным, а что прикажешь делать? Ихнему Государю отказывать? Мне голова на плечах дорога, — всплеснул Митька руками. — Но бумаг я не подписывал и ни о чем не сговаривался, повторяю. Так что ничто не меняет наши договоренности!
— Ты… дурак, — прошептал побледневший ганзеец.
