2
0Тимур в принципе был согласен с данной ему характеристикой в одно слово, но не понимал, почему слово оказалось женского рода, а товарищ даже не смотрит в его сторону. Презирает? Сейчас даст бутылкой по голове, и правильно сделает.
Нелегал оторвался от бутылки, ладонью вытер губы и снова взглянул в окно:
— Вот коза старая!
— Да кто, Толян?
— Старуха из дома напротив. Ещё в Дрездене. Она нас с Симоной и сдала. Всё из окна подглядывала.
— Подожди, Толик. Так ты знал, что за тобой следит старуха, и всё равно пошёл в магазин?
— А что было делать? Полдня дома просидел. Да я чуть не сдох со скуки. А по телеку не то, что эротику, там даже аэробику не показывали. Одни новости.
— И тебя потянуло к прекрасному?
— Да и деньги ещё хотелось потратить, — честно сообщил нелегал и забеспокоился о товарище. — Подожди, Тимур, а с тобой то что?
— Пока пять суток ареста впаяли.
— Ни хрена себе! Всё, братан, пошли. — Прапорщик допил пиво из горла. — Где моя куртка?
— Куда пошли? — Кантемиров культурно долил пиво из бутылки в бокал.
— Сдаваться. Фигли ещё делать? Пусть Симону оставят в покое.
— У нас ещё Даша есть.
— Ей-то, что будет? У неё отец — генерал. Отмажет.
— Не скажи, Толян. В отпуск поедет, а обратно не пустят через границу. И папа ничего не сможет сделать. В Союзе будет работать. Так сегодня и сказали.
— Пипец! — Толик принёс ещё две бутылки пива.
— Что будем делать?
— Пять суток в камере — это фигня. Можно и на одной ноге простоять. Я за Дашу больше думал. Ну, конечно, и за Симону тоже беспокоился. У неё сын, мама, работа. Раскрутили меня сегодня по полной программе и считай, братан, что я сдал тебя. Думай обо мне, что хочешь, Толик. Но, вроде я с ними договорился.
— Тимур, да я сам мудак. Надо было раньше тебя слушать. И о чём можно с ними договориться?
— Толик, я ещё с Мишей Чубаревым посоветовался и всё рассказал. Не волнуйся, он никому не скажет.
— Чубарев — достойный офицер. Но, он-то, что может посоветовать?
— Сын генерала, старше нас и всю жизнь по гарнизонам. Миша просто умней и ему очень не нравятся особисты. Почему — не знаю, — начальник стрельбища задумчиво пил пиво мелкими глотками.
— И что он насоветовал?
— Смотри, никто из гебистов не хочет, чтобы тебя кто-то видел из наших. Поэтому, на гауптвахту тебя сажать не будут, переночуешь где-то у них. А завтра с особистом на поезде отправят в Союз, до Бреста. Значит им надо обязательно тебя слить втихую до начала московской проверки, которая начнётся с этого понедельника.
— От меня, что им надо?
— Приходишь сам, переночуешь и с утра шнель, шнель на Родину. И ещё вербанут тебя, Толик, со всеми потрохами.
— Да и хрен то с ними. У нас на Украине уже чихали на это КГБ. Особенно на западе республики.
