2
0И Варя…
Непонимающе смотрю на Нику. Она целует Польку и объясняет:
— Это ее куклы. Я сложила их в коробку со всеми игрушками, а Полинке жалко, что они спят не в своих кроватках. Она каждый вечер укладывает их спать.
— А еще зайчик, — таким трагичным голосом шепчет мой ребенок, как будто все зайцы в мире издохли сразу в одну секунду. — И Бемби…
— Почему ты их не забрала сюда? — спрашиваю Нику, натыкаюсь на холодный взгляд и чувствую себя последним… в общем, презервативом, только на «г».
Я сам сказал, чтобы она много вещей не брала, что на месте все купим. Доминика еще возражала, что дети не бросят свои любимые игрушки. А я — да, согласен, полный мудак, — пообещал, что куплю им много игрушек и что не надо тащить с собой всякий хлам.
Как я мог такое сказать девочке, сохранившей старого облезлого кота, которого сам подарил ей пятнадцать лет назад? И у которого уже давно вместо глаз две пуговицы?
Встаю, иду в гостиную и беру телефон.
— Рубан, ты дома? Дело есть…
* * *Долго стою над сопящими детками, чувствуя себя так, будто на мне полночи топталось стадо слонов. И как такие две козявки могут вытянуть столько сил? Как с ними справляется одна Доминика?
Полинка успокоилась и уснула только после того, как я показал ей снимки, присланные Рубаном. Он достал из коробки все игрушки и разложил по всем кроватям и диванам, которые есть в доме. Даже одеялом укрыть не поленился. Надо ему барную стойку новую в ресторан подарить. Или вытяжку.
Срочно тянет выпить, иду в гостиную и замечаю открытую балконную дверь. Оттуда веет холодом, подхожу и вижу на балконе Нику. Ищу плед, выхожу на балкон и заворачиваю в него свою уставшую девочку.
У нее заплаканные глаза, да я сам готов был рыдать над зайцем, которого никто не уложил спать в его кроватку. И в кого у меня такая добрая и сердобольная дочка? Не в отца так точно…
— Не стой на холоде, Доминика, ты простудишься, и эти двое меня в конец ушатают.
Она не отвечает, но видно, что замерзла, потому что безропотно кутается в плед. Собираюсь с духом и говорю:
— Извини, я был неправ. Я не думал, что для таких маленьких детей важны какие-то зайцы. И куклы.
— Дети очень консервативны, — помолчав, отвечает Доминика. — Для них любые перемены — серьезный стресс. Мы полгода назад сделали в их детской ремонт, вместе с Полькой все выбирали, потому что Тим еще маленький. У них одна комната на двоих, чтобы не было скучно. Они привыкли к своим кроватям, шторам и даже к постельному белью.
Да, я видел на фото, которые прислал Рубан, синие шторы с желтыми звездами. Красивые…
— Но я думал, что им нужны две отдельные комнаты, там, куда мы едем много комнат, и я… — затыкаюсь, убитый взглядом, которым на меня посмотрела Доминика. — Хорошо, я понял. Иди к себе, здесь холодно.
