Крушение иллюзий

Официально ее миссия заключалась в борьбе с получающим все большее распространение морским пиратством, на самом же деле это был инструмент контроля чрезвычайно опасного региона, от которого во многом зависит расклад сил на Востоке. Опасение вызывало не столько Сомали — там не было государства, не было организации, а с бандитами можно было справляться. Опасение вызывал Судан — база Аль-Каиды в девяностые, там по-прежнему оставалось большое количество ее сторонников. Шла война в Ливии, был нестабилен Тунис, волновался Алжир, волновалась Сирия. Режим, установившийся в Египте после свержения Мубарака, был нестабилен, военные не отражали интересов большинства населения. Американцы не хотели повторять ошибку, допущенную в Пакистане, — когда не армия для народа, а народ для армии, — но и понимали, что до демократии в Египте очень далеко. Если сейчас объявить выборы, нормальные выборы, будет то же, что и в Алжире в начале девяностых, — победят исламские экстремисты. Мало кто помнил сейчас, что именно в Египте в двадцатые организовались первые ячейки братьев-мусульман и именно в Египте родился и учился на врача второй человек в Аль-Каиде Айман аль-Завахири. Кроме того, было понятно, что, даже если исламистам не достанется контрольный пакет в парламенте, они все равно придут к власти, стоит им только дать просочиться во власть. В Алжире, нормальной стране в восьмидесятые, исламисты, допущенные к легальной политической деятельности, провозгласили: «Тот, кто за нас не голосует, — идет против Аллаха!» А это значит, что его жизнь и все его имущество — разрешены. Вот такая вот демократия… исламского пошиба… и ладно бы только Египет. По всей Африке валом катится нищета, в связи с экономическим кризисом программы помощи все больше и больше секвестируются, а зарабатывать здесь не умеют, а многие — не хотят. Судан в центре всего этого, но если найдется, кто бросит клич, пойдут многие. О чем говорить, если в Каире в одном из районов с двумя миллионами жителей — одна водоразборная колонка?!

Поэтому-то и присутствуют здесь американские специальные силы, чтобы успеть потушить пожар в самом начале, пока не заполыхало всерьез. Если полыхнет — уже никто не справится, и все это понимали.

Корабль «Сан-Антонио» сейчас использовался в качестве штабного, и на нем держал свой вымпел контр-адмирал Конти, командующий сто шестьдесят первой эскадрой. Помощником дежурного офицера — боссом по летным операциям — сегодня был коммандер[79] Тимоти Риордан, жесткий и в чем-то нудный офицер, нудный в том, что он не «срезал углы» и предпочитал действовать по уставу. Как на грех он отошел, когда позвонил Бьюсак и, используя особые полномочия, данные национальной разведке в этом регионе, потребовал боевой вертолет немедленно.