Тьма после рассвета

Не надо никому звонить. Кирилл поедет к Муляру в институт, проинформирует его и самолично сопроводит до больницы. Олег все время будет под контролем. Только так можно обеспечить сохранность обнаруженной тетрадки в том месте, где она в данный момент находится и где ее должен найти следователь КГБ, когда явится сюда с ордером на обыск. Мало ли у кого еще есть ключи от квартиры Муляров. Если сейчас предупредить Олега, то он, может быть, и дождется Носилевича у себя на работе, и поедет с ним в Дмитровскую больницу, но позвонит кому-нибудь доверенному, кому оставлял запасные ключи, попросит сходить на квартиру и забрать материал.

— Не будем терять время на звонки, — бодро сказал он Татьяне. — Одевайтесь, берите вещи и поезжайте к дочери, я же понимаю, что вам не терпится поскорее увидеть своего ребенка. А с вашим мужем я все решу оперативно, не сомневайтесь.

Они вышли из дома втроем, Разин усадил Татьяну в служебную машину, а Носилевич подошел к своим сверкающим «Жигулям», завел двигатель и направился в сторону Ленинского проспекта.

***"

"Гордеев успел вовремя, до звонка на большую перемену оставалось еще целых две минуты, светлые просторные школьные коридоры стояли пустыми и тихими. Виктор понятия не имел, в каком кабинете его жена ведет урок, и занял место рядом с дверью учительской: это надежно, сюда Надежда Андреевна обязательно придет хотя бы для того, чтобы оставить классный журнал и взять другой, который понадобится ей на следующем уроке.

Вот и звонок. Секунд через десять — нарастающий шум голосов и топот сотен ног. Коридоры, только что выглядевшие просторными, теперь казались тесными, мимо Гордеева пулей пролетали мальчишки, громко переговариваясь и хохоча. Примерно через минуту появилась Надежда Андреевна, его Наденька.

— Витя? — испуганно спросила она, заглядывая ему в лицо. — Что-то случилось? Почему ты здесь?

— Ничего не случилось, но поговорить надо.

Жена внимательно посмотрела на него и укоризненно покачала головой. Виктор понял, что она учуяла запах водки, выпитой несколько часов назад.

— Витя, ну что ж такое? Как так можно? С утра…

— Прости. Ночь выдалась тяжелая.

— Ты хоть поспал?

— Не получилось.

— Домой заезжал?

— Тоже не вышло. Так что я грязный, вонючий, потный, уставший и от меня несет перегаром. Надюша, где мы можем поговорить? — нетерпеливо спросил Гордеев.

Большая перемена — всего двадцать минут, и как минимум три из них уже прошли.

— Подожди здесь, я сейчас, — сказала Надежда Андреевна и скрылась в учительской.