Криптум

Помня о том, что сказал мне Дидакт, я пришел к выводу: эта угроза являла собой то, против чего сражались люди и что они победили. Или, по меньшей мере, изгнали, воюя одновременно и против Предтеч: Потоп. О Потопе я все еще мог узнать очень мало или почти ничего, но не сомневался: рассказанная моей матерью история о звездной болезни – всего лишь прикрытие.

Тайна победы людей над Потопом так никогда и не была раскрыта.

Но все предвидели возвращение Потопа.

Архитектор, казалось, утверждал, что новая выдающаяся стратегия (а также и новое оружие?) сделала старомодных воинов, армии и флоты излишними.

Вскоре после этого Дидакт и его товарищи-прометейцы были изгнаны из Совета. Я предположил, что тогда Дидакт был вынужден отправиться в ссылку и вошел в Криптум.

С тех пор и по сей день Воины-Служители все больше и больше маргинализировались, их касты переоценивались, их флоты и армии распускались.

Ночь за ночью я боролся, пытаясь получить больше информации; день за днем страдал от вежливой снисходительности отца и печальной задумчивости матери.

Я только что начал исследование глубин отпечатка Дидакта, все еще медленно открывающегося и расширяющегося во мне. Для сокрытия и медленного раскрытия были свои основания. Эти ресурсы не предназначались для моего персонального развлечения, даже для моего роста и обучения. Они должны были содержаться в глубине, противиться агрессивным попыткам проникновения и раскрыться только в том случае, если я вернусь на важную и ответственную позицию.

Только если я отважусь.

Если потеряю защиту отца и снова окажусь в руках магистра строителей, то стану опасным и для Дидакта. Мои воспоминания могут быть мучительным способом вырваны из меня и выставлены на обозрение магистра строителей, чтобы тот нашел в них инкриминирующую информацию.

Может быть, это уже случилось с людьми.

Для меня была невыносима мысль о том, что Архитектор, возможно, в этот самый момент отбрасывает в сторону растерзанные тела Чакаса и Райзера и разоряет Эрде-Тайрин, вынюхивает потенциальное сопротивление и крушит всех, кто оказывается на его пути.

Глава 30

Беспокойство превратило меня в непоседу. Домочадцы Предтеч никогда не спят. Эквивалента ночного времени и отдыха не существует, но есть мгновения покоя, когда все удаляются на персональное созерцание и подготовку к следующему туру активности. В традиционном хозяйстве строителя эти моменты сакральны. Таким образом, в течение любого дневного-ночного цикла есть часы, когда в доме – а в нашем случае почти на всей планете – воцаряется тишина. Улицы и проселки снижают свои потоки. Даже анциллы и автоматизированные системы снижают активность вследствие уменьшения запросов.

Но ко мне это не относилось.