13
0Могу предположить, что грядет что-то ужасное и тебя это пугает не меньше, чем меня.
Хести сжала зубы и процедила нечто невнятное.
– Расскажи мне. – Калека попытался накрыть ее пальцы своими, но она быстро отдернула руку. – К чему мы должны готовиться?
– К смерти, – выдохнула Хести. – Если ты думаешь, что нападения эмпуссий и кадавров – это бедствие, которое обрушилось на людские головы по воле Верховной, то ты ошибаешься. Настоящее бедствие еще не случилось, калека, а война никогда не начнется. Охота – вот что вас ждет.
В темноте она увидела, как удивленно округлились его глаза. Неужели он наконец понял?
– Это неизбежно? – тихо спросил он.
– Дело времени, – бросила Хести. – Пока Верховная жива, она не оставит попыток открыть врата.
– Врата? Я ничего не понимаю…
– Какой же ты идиот, – прорычала Хести.
Она изобразила несколько жестов силы, обхватила голову калеки длинными пальцами и заставила его смотреть на себя.
– Не отводи взгляд. И не вини меня, если тебе не понравится то, что ты увидишь, – прошипела Хести и впустила Савьера в свою голову.
Он должен был узнать обо всем: и о клятве, которую дал Галевас, и о Черной Матери, запертой в Фате, и о вратах, которые должны открыть нуады. Даже о кровавой жертве, которую прямо сейчас приносили люди, сражаясь друг с другом и с низшими демонами…
– Хватит… Хватит!
Калека оттолкнул ее и схватился за виски. Он долго сидел согнувшись, покачиваясь из стороны в сторону, будто баюкая себя. Хести не пыталась заговорить с ним: он не был готов к погружению в чужое сознание и наверняка испытывал мучительную боль.
– Какие ужасные образы… – прохрипел он. – Ч-что они зн-начат?
– Ты снова заикаешься.
– Хести!
Савьер схватил ее за запястье и притянул к себе. Выглядел он как безумец, в глазах не осталось ничего, кроме ужаса.
– Война за трон – всего лишь способ принести жертву. Когда Верховная откроет врата Фаты, Черная Мать и ее демоны разорят эти земли. – Плечи Хести опустились, она съежилась, боясь собственных слов. – Ты был прав: мне страшно. Страшно оттого, что Черная Мать будет приходить в Упорядоченное снова и снова, и никому из живых не спрятаться от этого кошмара.
– И Верховная надеется, что эта… демоница, – зло выплюнул Савьер, – пощадит ваш народ? Она сошла с ума?!
– Не имеет значения, пощадят ли нуад. Куда важнее то, насколько сильно будут страдать люди. – Боль тесным обручем обхватила голову, и Хести приложила прохладную ладонь ко лбу. – Теперь ты понимаешь, почему все твои планы ни на что не годятся?
Несколько блаженных мгновений в саду царила тишина, и пульсирующая боль в голове даже стала утихать, но калека все же подал голос и все испортил:
– Но врата еще не открыты. Мы можем им помешать.
