3
0
Он приподнял взгляд своих серых глаз и улыбнулся:
– Спасибо, дочка. И помните. Здесь, на краю земли, мы находимся быть может в последнем сохранившемся уголке того мира, который еще помним. Если что-то пойдет не так и если мы облажаемся, то и ему может прийти конец.
Глава 3. Переговоры
– Погоди-ка, это что за фигура? – палец Крашенинникова опустился на пробку от бутылки шампанского.
– Это конь, – ответил Квалья, почесав бородку.
– Конь? Постой, но три хода назад это был слон!
– Это конь, друг мой.
Михаил развел руки и с отвращением взглянул на шахматную доску.
– Черт тебя дери, Антон! Не удивительно, что я проигрываю три раза подряд! Ты нарушаешь правила!
– Я хочу победить. Разве не это главное правило? Но можно ли победить, находясь загнанным в определенные рамки?
– Разумеется можно! В этом и весь смысл!
– Тогда не забывай про другое правило. Не теряй бдительность и не верь на слово оппоненту.
– Мы играем в шахматы или постигаем учение Сунь-Цзы[7], чтоб тебя?!
– Разве мешает одно другому? – улыбнулся Антонио.
– Тогда тебе шах, – сказал Михаил, сделав ход.
– Вот видишь, как скверно бывает, когда соблюдаешь правила, – вздохнул Квалья.
На ступеньках, ведущих на второй этаж, послышались торопливые шаги. Одетый в спортивные шорты, неплохо сохранившиеся кроссовки и майку, со второго этажа трусцой спускался Джонсон.
– Доброе утро, ребята! – воскликнул он. – Как спалось на новом месте?
– Отвратительно, – отозвался Михаил. – Ты так храпел, что мне показалось, началось извержение вулкана.
– Неужели? – замер на мгновение Рон, затем махнул рукой.
– Кто бы тебе об этом ни говорил – он лгал.
– Ребята, может кто-то хочет со мной? Вы бегаете по утрам?
– Я бегаю. И очень быстро, – проворчал Антонио, задумчиво глядя на шахматную доску.
– Оу, – сконфуженно выдохнул здоровяк. – Прости, приятель, я забыл, что у тебя… нога…
– У меня две ноги, Рон. И обе разные. И в этом моя суперсила.
– Майкл. А ты как относишься к бегу по утрам.
Крашенинников кивнул:
– Очень даже положительно. И очень жду, когда ты, наконец, убежишь.
– Может Оливия?"
"– Оля все еще спит после «теплой» встречи с соотечественниками.
Джонсон разочарованно вздохнул:
– Ну, ладно. Как хотите.
Он распахнул входную дверь и прищурился от яркого солнца. Сделал глубокий вдох и взглянул в синее небо с редкими белоснежными облаками.
– Сегодня отличная погода, парни! – послышался с крыльца оптимистичный голос Рона. – Так… А это что?
Джонсон с некоторым удивлением заметил, что теперь над входом в здание висит красный флаг.
