Тральщик должен перебить их как можно больше. Это упростит задачу освобождения Приморского, если они потеряют часть людей. Ясно?
– Ясно. Идем. И не забудь свою адскую игрушку.
* * *В поселении Нью Хоуп царило запустение. Колонна беженцев, хоть и двигалась медленно, но была уже, наверное, где-то в южных пригородах Елизово. Единственным оживленным местом, подающим признаки жизни, был двухэтажный длинный дом на вершине холма. Тот самый, который был жилищем вулканологов и Рона Джонсона.
У входа группа людей на костре готовила кроликов и уху. Играл аккордеон и ему аккомпанировала гитара.
Поднявшись к дому, Евгений и Рон увидели, что на музыкальных инструментах играли Рубаха и Дерил. Рубаха со своим баяном так и не расстался. Как и с соломенным сомбреро. Перед ними лежала старая тетрадь, в которой неровно были записаны ноты.
"– О! Ну же говорил, что эти двое к нашему пикнику присоединяться! – радостно воскликнул баянист. – Анатольевич, смотри, я с американцем общий язык нашел! Музыка! Музыка, это универсальный международный язык, так-то!
– Ага, – угрюмо отозвался майор. – Только джокерам этого не говори. У них другой универсальный международный язык. Ненависть.
– Да херня это все, Анатольевич! Добро победит зло!
– Тогда добро должно уметь метко стрелять в голову. Так-то.
Войдя в здание, Рон и Евгений поднялись на второй этаж. Еще несколько человек рассредоточились у окон.
– Ребята, я уже и не надеялся вас увидеть, – вздохнул он с тоскливой улыбкой, как только они поднялись.
– Привет, Карл. Как обстановка? – кивнул ему Сапрыкин.
– Пока тихо. Вернее, здесь тихо. Они не атакуют. Но все утро мы слышим шум мотоциклов и крики где-то далеко в городе. Похоже, они готовятся к мощной атаке.
– Еще бы. Ночью Джонсон разворошил осиное гнездо, поджарив немножко клоунов прямо у них дома.
– Странно, что ты представляешь себя лидером каннибалов, – поморщился Риггз.









