Верно?
– А если появление этих людей, это шанс примириться с русскими и вместе бороться с теми дикарями?
– То есть ты считаешь, что объединиться с теми, кто угрожает нам, против тех, кто нам не угрожает, это логично? Я понимаю, что ты очарован своим новым другом, который хладнокровно и демонстративно вонзает нож в горло пленному, но почему ты так упорно отказываешься рассуждать прагматично?
– Потому что я человек, Карл.
Глава 8. Буря
Зачем в тот день они завязали пленнику глаза, он толком не помнил. Ведь уже было давно решено, что этот человек умрет. И никому уже не расскажет, где именно и кто расправился с ним.
Но почему-то именно Андрею пришло тогда в голову завязать Чермету глаза."
"«Чермет» не являлось ни именем, ни фамилией. Это была кличка пленника, отражающая всю суть его прошлого. Когда-то давно, этот предприимчивый человек ловко поймал попутный ветер хаоса и беззакония, воцарившихся в стране после развала СССР. На этом хаосе он построил свой первый бизнес. Выкапывал кабеля, выносил любое железо из воинских частей, с кораблей и подводных лодок. Он собирал огромные кучи, как черных металлов, так и цветных, а затем переправлял этот лом в Японию и Китай.
Его деятельность не раз оставляла различные поселки на несколько дней без электричества. Но он знал, кому и сколько денег дать в местной милиции и органах власти, чтоб продолжать опустошение Камчатки, разграбляя ее и без того не сильно развитую инфраструктуру. С годами он разбогател, легализовал более пристойные формы бизнеса и был какое-то время даже местным депутатом. Но кличка Чермет прикипела к нему навсегда. И когда после мировой катастрофы он снова обнажил свое истинное лицо предводителя криминальной банды, он все еще оставался Черметом.
Даже теперь, когда он в первую очередь славился тем, что имел гарем из дюжины несовершеннолетних рабынь и рабов. Ему было не важно, каков пол ребенка. Ему важно, чтоб каждую ночь его в берлоге встречал чисто вымытый ребенок. Когда с его глаз сорвали повязку, он увидел четырех молодых парней. Но для его извращенных вкусов они уже были слишком старыми. Ведь им уже далеко не десять и не двенадцать лет.
– Ах вы щенки, – зашипел Чермет. – Вы хоть знаете, с кем связались, выродки?
– Ага, наслышаны! – хохотнул Цой.
Совсем еще молодой, стройный и без своей черной бороды. – Как там тебя… Чугун? Ржавый таз? – Александр присел на корточки перед пленником, крепко-накрепко привязанным к толстому дереву. – Мы прекрасно знаем, кто ты такой, сраное, вонючее говно. И именно наши знания дают нам повод вынести тебе приговор и привести его в исполнение. И случится это здесь и сейчас. Кстати. Адвоката у тебя не будет. У тебя больше ничего не будет, шлюхин сын.
– Вас всех порежут на ремни.
3
0
