Кот, который проходил сквозь стены

Женщина, которая сидела за столом и надписывала рождественские открытки, была брюнеткой с блестящими голубыми глазами и ямочками на щеках. Та, что чистила медный самовар, имела волосы роскошного рыжего цвета, зеленые глаза и ослепительную улыбку. На стремянке, развешивая гирлянды, стояла совсем юная миниатюрная блондинка со вздернутым носиком и красивыми ногами.

Лицо Квиллера просветлело, способность говорить вернулась, и он наконец произнес:

– Я из «Дневного прибоя».

– Да, мы знаем, – хором ответили сестры, а рыжая хрипловатым голосом добавила:

– Мы видели вас на аукционе и восхищались вашими усами. Самые сексуальные во всем Хламтауне! – Она подошла, прихрамывая – нога была в гипсе, – и подала журналисту руку: – Не обращайте внимания на мою сломанную ногу. Я Клатра. Ужасное имя, правда?

– А я Амберина, – сказала брюнетка.

– А я Иврена, – прощебетали со стремянки. – Я в этом доме Золушка.

Рыжеволосая потянула носом:

– Ив, суп сейчас пригорит!

Маленькая блондинка спрыгнула со стремянки и кинулась в заднюю комнату.

Сияя ямочками, брюнетка повернулась к Квиллеру:

– Вы не откажетесь от тарелки супа? И от сыра с крекерами?

Если бы они предложили сухари с гусиным жиром, он бы и то не отказался.

– Снимайте пальто, – распорядилась рыжая. – Здесь ужасно жарко.

И сама скинула халат, открыв низкое декольте и бо́льшую часть своих пышных прелестей.

– Садитесь сюда, мистер Квиллер. – Брюнетка убрала выбивалки с викторианского диванчика.

– Сигарету? – предложила рыжая.

– Сейчас принесу вам пепельницу, – улыбнулась брюнетка.

– Я курю трубку, – ответил Квиллер, засовывая руку в карман и думая: видели бы сейчас меня ребята из отдела!

Он одновременно набивал трубку, слушал щебетание сестричек и ухитрялся при этом осматривать магазин: оловянные солдатики, железные херувимы, ночные горшки и стол, сплошь покрытый жестянками из-под табака, крекеров, кофе и тому подобных вещей. Старые трафаретные надписи почти стерлись от ржавчины и царапин. У Квиллера появилась идея: Арчи Райкер говорил, что собирает жестяные коробки. Можно порадовать его дурацким рождественским подарком.

– Вы действительно продаете эти старые жестянки из-под табака? – спросил он. – Сколько вы хотите вон за ту маленькую, обшарпанную?

– Мы просим десять, – ответили сестры, – но вам отдадим за пять.

– Беру, – сказал он и выложил монету, не заметив, как хозяйки переглянулись.

Младшая подала суп в старинных полоскательных чашках.

– Только что звонила Дракониха, – сообщила она Квиллеру. – Хочет сегодня с вами встретиться.

Она казалась ужасно довольной ролью вестницы.

– Как она узнала, что я здесь?

– На этой улице все всё знают, – изрекла рыжеволосая.