1
0
– Почему все так озабочены тем, чтобы меня накормить?
– Мы хотим взять тебя в Атлантию, а не уморить голодом.
Атлантия. Мой и без того бурлящий желудок сжался. Я так мало знаю о стране, поднявшейся из крови и пепла войны.
– Там правда течет горячая вода, если… повернуть кран?
Киеран моргнул – раз, другой.
– Да. Течет. Наверное, именно по такой горячей воде я здесь больше всего скучаю.
– Звучит мило, – пробормотала я. – Я про горячую воду, а не про то, что ты скучаешь.
– Я понял, о чем ты.
Приближаясь к повороту, я приготовилась к страшному зрелищу пришпиленных к стене тел. Жив ли еще Джерико? Не начали ли остальные разлагаться? Здесь довольно холодно, и они, наверное, будут выглядеть так же, как и вчера, только более серыми и восковыми. Мой пустой желудок взбунтовался, когда я шагнула в коридор и подняла взгляд.
На стенах ничего нет.
Ни тел, ни пятен крови, которая текла по стене и прокладывала путь в крохотных трещинах в камне, сливаясь в ручейки. На полу тоже чисто.
Я прижала руку к животу.
– Они исчезли.
– Вчера вечером после ужина Кас велел их убрать, – сообщил Киеран.
Я удивилась.
– А Джерико?
– Его больше нет. Кастил о нем позаботился, пока ты бежала, чтобы начать новую жизнь, которая наверняка закончилась бы тем, что тебя бы разорвали на куски и убили Жаждущие.
Я проигнорировала его выпад. Не знаю, следует ли мне испытывать такое облечение от этой новости.
– Неужели… неужели Кастил решил, что его предупреждение услышали?
– Думаю, его больше волновало, что скажешь ты, а не то, что нужно оставить предупреждение до тех пор, пока оно дойдет до всех. – Киеран прошел через отрытую дверь. – Я бы на его месте оставил Джерико повисеть еще хотя бы день.
Я разинула рот. Не знаю, что поразило меня больше: то, что Кастил поступил так, как я сказала, или что Киеран оставил бы предателя-вольвена мучиться на грани жизни и смерти.
– В смерти всегда должно быть достоинство, – проговорила я, когда ко мне вернулся дар речи. – Невзирая ни на что.
Киеран ничего не ответил и подвел меня к пустому столу. Вчерашние стулья заменили длинной скамьей. Я села и, оглядевшись, заметила лишь нескольких человек в дальней части пиршественного зала, возле очага и дверей. Куда же все подевались? Ушли с Кастилом и Элайджей?
Киеран сел рядом, и я повернулась к нему.
– Вряд ли Кастил послушался меня, но если так, то я благодарна.
– Вряд ли ты понимаешь, насколько сильно влияешь на него."
"Я хотела возразить, но тут к нам торопливо подошла пожилая женщина в белом фартуке поверх светло-желтого платья. Она несла две тарелки, и от запаха еды мой желудок опять напомнил о себе. Женщина поставила перед нами тарелки, наполненные картофельным пюре и жареным мясом, по краям лежали масляные булочки.
