1
0
Я напряглась, мне захотелось немедленно заявить: судя по тому, что задумал для меня Кастил, он не может быть мной увлечен. Но Кастил сказал, что улаживал дела, чтобы моя жизнь рядом с этим человеком не подвергалась опасности. Поэтому мне удалось сдержаться.
– Думаю, он гораздо больше увлечен собой.
Первичный громко рассмеялся.
– Полагаю, меня теперь тоже можно причислить к тем, кто тобой увлечен.
Я вспыхнула и зарделась еще сильнее, когда Киеран сказал:
– Я бы не советовал говорить это в присутствии Кастила.
– Мне нравится, что моя голова на плечах, а сердце в груди, – ответил первичный – Я не собираюсь повторять эти слова.
– Он говорил, что ты… остра на язык.
Я скрестила на груди руки.
– Так он вас предупреждал?
– Что-то вроде того, но сюрприз все равно удался. – В бледных глазах Аластира плясали веселые искры. – Вчера у нас не было возможности представиться. Я Аластир Дэвенуэлл, а за моей спиной стоит Эмиль Да’Лар.
Эмиль ухмыльнулся и кивнул мне.
– Благодаря тебе я теперь всегда буду думать о Киеране как о большом олухе.
– Великолепно, – буркнул тот.
Я бросила быстрый взгляд на его лицо с застывшим на нем стоическим выражением и сказала:
– Я Пенеллаф… Пенеллаф Бальфур.
Аластир посмотрел на меня пристальнее и сдвинул брови.
– Бальфур?
Я кивнула.
– Это старинное имя, оно уходит в прошлое Солиса на несколько столетий, – заметил Аластир.
Интересно, сколько лет этому вольвену?
– Семья моего отца занималась морскими перевозками. Они были купцами.
– Кастил говорил, что в тебе есть атлантианская кровь, – после паузы сказал Аластир. – Это объясняет, почему Вознесшиеся провозгласили тебя Девой и держали при себе.
Он наклонил голову. Должно быть, он что-то увидел в выражении моего лица, потому что добавил:
– Ты узнала, что они собирались с тобой сделать.
Это было утверждение, но я все равно кивнула.
– Мне жаль, – мягко произнес он, слегка склонив голову. – Не могу представить, каково это – узнать, что те, кто заботился о тебе, делали это по таким отвратительным причинам.
Для меня это означало понять, что мир – нагромождение чудовищной лжи.
– Твоя мать была близка к вампирской королеве, а семья отца дружила с королем. Верно?
Я удивилась.
– Кастил рассказал вам об этом?
Он слегка улыбнулся.
– Я знал немного о твоем прошлом еще до встречи с тобой, Пенеллаф. Вести о Деве, Избранной богами, давно долетели до Атлантии.
От этого мне легче не стало.
– Полагаю, эта весть поразила ваш народ, поскольку ваши боги спят и, следовательно, не могут никого избирать.
Эмиль рассмеялся.
– Так и было. Мы удивлялись – неужели они пробудились и забыли о нас?
– Думаю, ты была больше поражена тем, что узнала о своем атлантианском происхождении, – сказал Аластир, сдвинув брови.
