2
0
Ее мать сказала, что я все равно Избранная.
Тот мужчина не захотел, чтобы я к нему прикасалась.
Некоторые в той комнате меня боятся.
Ненавидят.
Я по-прежнему ощущаю на себе зубы лорда Чейни, хотя ран не осталось.
Я по-прежнему вижу его горящие, как угли, глаза, и чувствую, что я для него всего лишь вещь. Пища. Средство пропитания. Предмет.
И я не хочу ничего из этого чувствовать.
Я хочу купаться в восхищении Кастила и, может быть… может быть, в глубине души я уже знаю, что на самом деле к нему чувствую.
– Просто притвориться?
Я задрожала, а кончики его пальцев прошлись вниз по моему горлу и обогнули шею сзади.
– Притворись.
Его губы, дразня, опять нависли над моими.
Я закрыла глаза и почти шепотом произнесла:
– Да.
Глава 18
Как и раньше, в ночь Ритуала, когда мы сидели в саду под ивой и я попросила меня поцеловать, он не промедлил ни секунды.
Разве что тогда он был Хоуком, и мы не притворялись.
Он провел губами по моим – раз, другой. Касание было таким мягким и нежным, что угрожало разоблачить все притворство. Я вздрогнула и ощутила, как его губы изогнулись на моих. Я знаю, что он улыбается. Знаю, что если открою глаза, то увижу эту ужасно соблазнительную ямочку. Прикосновения к моей шее сзади и к щеке прямо под шрамом были легкими, как перышко. При этом он с размеренной неторопливостью исследовал мои губы, словно заново знакомясь с ними. По мне пробежал трепет.
Но я хочу большего. Уже.
Во мне вспыхнуло нетерпение. Я оторвала руки от полки, схватила его спереди за рубашку и притянула к себе.
– Я думала, ты будешь меня целовать.
– А я что делаю?"
"Я покачала головой.
– Ты можешь не так.
Он усмехнулся мне в губы.
– Ты права. Не так.
И потом он поцеловал по-настоящему.
Он завладел моими губами так, словно захватил в плен саму мою душу. Осознание того, что он и так уже значительно продвинулся на этом пути, должно было послужить предупреждением, но я уже с головой погрузилась в ощущения, что он дарил, захваченная требовательностью его губ. Он потянул мою нижнюю губу клыками, заставляя меня приоткрыть рот. Хватая воздух, я уступила. Поцелуй стал глубже, его язык скользнул по моему. Я испустила слабый стон в его горячий рот. Его вкус, его запах… все его присутствие заполнило меня и разожгло.
Мы целовались и целовались, и я… я по-прежнему хотела еще. Хотела притворяться и дальше, пока по моим венам тек жидкий огонь, стирая ледяные прикосновения лорда Чейни, смывая удушающее ощущение от комнаты, в которую уже наверняка нагрянула смерть, и всю грядущую неизвестность.
Он это знал, он это чувствовал и давал мне то, в чем я отчаянно нуждалась.
Наконец он убрал руку с моей щеки и опустил ниже, погладив грудь. В его прикосновении было какое-то благоговение, словно он меня боготворит.
