Из-за двери доносилось какое-то странное жужжание, а она лежала, дышала чистотой и прохладой и не хотела подниматься. И заплетать косы обратно было лень. А еще ей было немного страшно. Потому что сегодня она ощутила такой шквал совершенно недетских, злых эмоций, что чуть не захлебнулась. Как будто все, что она испытывала до этого, было таким же мягким, как плюшевый мишка по сравнению с рычащим зверем.
Она тихо прошла обратно по коридору, осторожно выглянула в гостиную. Профессор Тротт стоял спиной к ней и пылесосил. Он закатал рукава, и выглядел таким же собранным и методичным, как и когда отчитывал ее.
И пятая Рудлог, глядя на него, со всей очевидностью поняла, что не пойдет она никуда жаловаться. Просто сохранит это происшествие в памяти. И сдаст эту проклятую физкультуру сама, чего бы ей это ни стоило. И обязательно доучится в университете, и получит высший балл при выпуске. Займется исследованиями. И когда-нибудь, пусть через много-много лет, они встретятся на какой-нибудь научной конференции, и он обязательно пожалеет. И скажет ей, что был неправ. И что если бы ее не было, магическая наука бы много потеряла.
Обязательно.
Пылесос перестал шуметь.
— Куда лучше, — сказал Тротт сухо, прерывая ее мысленный манифест. Задержал на мгновение взгляд на ее распущенных волосах, посмотрел на лицо. — Куда вас, ваше высочество? В Зеленое Крыло?
Опять язвил, но Алина не отреагировала — даже жалко как-то стало его. Такого мерзкого, сжатого, никого не любящего и которого тоже никто не любит.
— В университет, — повторила она с достоинством и воистину королевской снисходительностью. — Надеюсь, меня еще не хватились.
Ее не хватились. Не так много времени прошло, как оказалось — какие-то полчаса.
Она вышла к ожидающему ее водителю, доехала домой. И первым делом позвонила сержанту Ларионову и потребовала провести занятие прямо сегодня. И дальше, целый месяц — по два раза в день, утром и вечером. А если сержант будет против, то она начнет бегать сама. В конце концов ее сестра, Василина, за месяц въехала в управление страной, а это посложнее отжиманий будет.
Максимилиан Тротт, проводив незваную гостью, укрепил стекла в гостиной — время на замену он сможет найти только на выходных.
Составил посуду в раковину, прошел в ванную, снял влажное полотенце, сразу кинул его в стирку, поправил мыло и с неудовольствием увидел две веселенькие резиночки с пластмассовыми божьими коровками для украшения, лежащие около раковины. Поморщился и выбросил их в ведро. И вздохнул с удовлетворением — теперь вокруг все было правильно и тихо, как раньше. Осталось только завершить задание для Зеленого крыла и забыть обо всем, кроме работы. Работа несла привычные и приемлемые эмоции, без дури и всплесков.
2
0
