7
0Как будто он трусливый зверек, которого можно спугнуть необдуманным движением.
– Давно я здесь лежу? – вместо этого поинтересовалась я.
Бенедикт оторвал взгляд от моего живота и перевел его на маленький будильник на прикроватной тумбочке.
– Восемнадцать часов, – спокойно откликнулся он. Судя по всему, недоумение отразилось у меня на лице, поскольку он добавил: – Я дал тебе кровь. Но рана оказалась глубокой. Твоему организму потребовалось время, чтобы затянуть ее и залечить внутренние органы, восполнить потерю крови, срастить кости… – Уголки его рта вытянулись в жесткую линию. – Хелин пришлось вправлять тебе руку. – Бенедикт сделал глубокий вдох и крепче сжал мою ладонь. – Прости меня, Флоренс.
Я нахмурилась:
– Мои травмы – не твоя вина.
Покачав головой, он бросил на меня страдальческий взгляд.
– Не важно, чья это вина. Ты не поверишь, как сильно я обо всем этом жалею. О том, как с тобой обращался. О том, что не верил тебе. О том, что был неспособен понять твои намерения и мотивы. Пока ты пыталась исправить свои ошибки, я только начал совершать свои. И если бы я проявил хоть немного веры в тебя…
– Я ударилась головой во время аварии? – перебила его я, так как после его слов испугалась, что у меня начались галлюцинации. Или что я все еще сплю.
– Ударилась, – настороженно подтвердил Бенедикт и выпрямился. – А что, у тебя болит голова? Хелин сказала немедленно позвать ее, если появится головокружение. У тебя могут быть серьезные трав…
– Бенедикт, – снова остановила я его, но он ничуть не расслабился. – Я в порядке, – заверила я. – А спросила, потому что не понимаю, о чем ты говоришь…
Король запнулся.
– О. – Чуть ли не смущенно он запустил свободную руку в волосы, и только сейчас я заметила, насколько усталый у него вид. Под глазами залегли темные круги, а лицо словно осунулось.
С момента нападения прошло восемнадцать часов.
Насколько я его знала, этот мужчина за все время едва сомкнул глаза и задремал только потому, что в какой-то момент даже король не выдерживает усталости.
– Ты тоже ранен? – сменила я тему.
Слова Бенедикта эхом отдавались внутри меня, подпитывая ту несчастную надежду, которая снова и снова уничтожала меня как в первый раз. Я до сих пор слишком шокирована, чтобы справиться с потоком его признаний. И слишком вымотана, чтобы морально приготовиться к тому, чем они закончатся. Я и так уже не знала, что чувствовать. Бенедикт же лишь еще больше выводил мои эмоции из равновесия.
Тем не менее я нерешительно погладила большим пальцем тыльную сторону его руки. Не в силах ничего поделать, воображала, что еще он, возможно, хотел сказать. Гадала, не закончится ли на этот раз все так, как я мечтала.
– Со мной все в порядке, – произнес Бенедикт.
