Но я наблюдал за происходящим из другой страны. Я не был согласен со всем, что делал Ньерере. — Лицо комиссара окаменело. Он сложил свои огромные черные руки на животе. — Я не считаю, что, двигаясь вперед, мы должны отбросить традиции нашего народа, — продолжал Мтеми. — Мы можем взять лучшее двух миров.
Произнеся эти слова, вождь бросил взгляд на Анну. Его замечание, похоже, касалось не только чиновника, но и ее тоже."
"Лучшее двух миров. Эти слова звенели в ушах Анны. «Возможно, именно это имел в виду вождь, — подумала она, — когда предложил миссии вновь открыть больницу в Джермантауне.
Комиссар быстро подошел к Мтеми и заговорил с ним приглушенным голосом, но яростным тоном. Эти африканцы были примерно одного роста. Комиссар, чье тело обтягивали рубашка и брюки, выглядел перекормленным и неловким на фоне худощавого, едва одетого вождя.
— Хочу напомнить вам, что дни вождей сочтены. Наш президент объявил, что, когда старый вождь умирает, ему следует оказать почести, устроив роскошные похороны. На этом — все. Новый вождь не займет его место и не будет вами править.
В толпе раздались гневные выкрики.
— Наш вождь — не старый вождь, — прокричал какой-то воин. — Его правление только началось. Разве это для нас, ваганга, не большая удача?
Его поддержали.
— Но давайте вернемся к текущей проблеме, — вежливо предложил Мтеми.
И комиссар, и доктор настороженно посмотрели на него. Анна поняла: эти двое не знали, как им вести себя с вождем. Этот юрист был темной лошадкой. Его слова были безрассудными и еретическими, но кто знает, какие у него могут быть друзья в высоких — и далеких — кругах?
После длительной дискуссии комиссар заверил всех, что больница в Джермантауне будет восстановлена правительством, вне зависимости от того, сможет ли миссия оказать помощь в этом деле.
— Я должен в общих чертах сообщить епископу о достигнутом соглашении. — Он рассмеялся. — Подозреваю, он будет не очень рад результату. Но нам какое дело до этого? Его время практически истекло.









