Король уныния

Было жутко слышать, как мой разговор с другим человеком цитируется дословно."

"— Ты хотел иметь что-то свое; что ж, это твой шанс, — сказал Алекс. — Если, конечно, ты не солгал и не основал клуб только ради наследства. Если это так, то я сильно в тебе ошибся, а я не люблю ошибаться. — Его зеленые глаза сверкнули предостережением. — Прими решение до полудня первого января.

Он встал и оставил меня одного в своем кабинете, его слова повисли, как гильотина, готовая упасть.

Чтобы быстро расставить все по своим местам нет ничего лучше, чем получить выговор от человека, которому на тебя наплевать.

Может, Алекс и был заинтересован в клубе, но лично во мне не был заинтересован, и он сразу перешел к сути дела.

И он был прав. Клуб «Хранилище» начался как необходимость для получения моего наследства, но быстро превратился в проект страсти. Мне нравилось строить бизнес. Я любил острые ощущения, сложности и создание чего-то своего. Неужели я позволю произвольному сроку разрушить это?

Мне не нужно было ждать первого января, чтобы дать ответ; я получил его к тому времени, когда вернулся в Нью-Йорк.

Однако я не стал сообщать об этом Алексу: у меня было другое, гораздо более срочное дело. Завтра официально заканчивался мой испытательный срок со Слоан, и мне нужно было успеть связаться с ней до этого.

Встреча с Алексом заняла меня достаточно, чтобы притупить боль прошлой ночи, но когда в поле зрения появилось здание офиса Слоан, в душе вновь зародилась боль.

Я хочу расстаться.

Ты любишь меня, а я не чувствую к тебе того же.

Боль пронзила словно нож и осталась внутри. Другие мужчины, возможно, сдались бы, получив такой отпор, и я бы сдался, если бы думал, что она говорит всерьез. Но хуже, чем услышать эти слова из уст Слоан, было только видеть ее лицо, когда она их произнесла. Ее страдания отражали мои, и я ненавидел, сколько боли она должна была испытать, чтобы так бояться любви.

А может, я просто бредил.

В любом случае, это был еще не конец. До конца оставались считанные минуты, но у меня еще был шанс изменить ход игры и одержать победу. Эта надежда была единственным, что заставляло меня держаться, потому что мысль о том, что я могу потерять Слоан…

Этого не случится. Ты не потеряешь ее.

Я не мог. Не тогда, когда я только что нашел ее. Не тогда, когда потерять ее означало потерять важную часть себя.

Сердце болезненно заколотилось, когда я вошел в здание, но беспокойство сменилось растерянностью, когда я приехал в Kensington PR и обнаружил, что Джиллиан и несколько младших PR-агентов столпились у офиса Слоан, буквально прижав уши к двери.

— Что…?

— Шшш. — Джиллиан приложила палец к губам. Перри, — пробормотала она.

О, черт.

Я подошел к ней и заглянул в окно. Слоан не до конца закрыла жалюзи, что открывало разворачивающуюся внутри драму.