Константа

Ты должен возместить то, что тебе, косячнику заплатили за все эти годы, и, как оказалось, было незаслуженно заплачено, значит, возвращай все.

— Так а если работы нет, то откуда деньги на возмещен…

— Заставят. Или посадят. — Улыбнулась Данка. Отстраненно. Отрешенно. — Поэтому самое страшное для таких звеньев — скосячить. Я сначала думала… в тот первый раз, пока в реанимации лежала, думала я насчет вариантов, чтобы Дрюня косячнул по работе… но, это как-то совсем уж подло… подстать ему. Не хочу твари по паре. Не моя пара, поэтому я просто отниму свое бабло.

Тишина в палате стала насыщенной, густеющей. Данка, удобнее садясь на кровати и не глядя на меня, прищурено разглядывающую широкую трещину в пластике подоконника, прочистила горло и твердо, решительно оповестила:

— Не надо вмешиваться, Жень. В смысле, за предложение помощи я очень благодарна, но одно дело, когда сама влетаешь, другое, когда по твоей вине еще и человека…"

"— Слушай, а ты помнишь тот черный костюм, который на той неделе пришел? — тихо перебила я. Тихо и перебила. Подняла взгляд на нее, прикрывшую глаза дрожащими ресницами, сжавшую челюсть, чтобы не расплакаться, потому что она помнила над чем мы ржать начали, проверяя партию.

 — Хотя сарафан в той же цветовой гамме, из весенней коллекции, тоже ничего. — Смотрела на Данку, все еще сжимающую челюсть, подавляющую себя, пугающуюся мысли, которую я озвучила, — он тебя убьет, чокнутая. — Почти шепотом, глядя в ее неровный профиль. — Ты о чем той дурочке толковала вчера в тачке? Подумай, чем закончится, так? Не в первый раз же. Не ждала ты, что вновь тебя Динь-Дон отпиздит да еще так быстро? Шмотье вот выбираю на наше с тобой прощание, хуй знает, когда случится, не исключено, что скоро.  — Она задержала дыхание и отвернула голову. Я ровно продолжила, — новый план придумать можно, но и в твоем смысл есть. Модернизируем его, синхронизируем с моей идеей и сработает на ура. Мне нужна неделя на подготовку.

Чокнутая неуверенно посмотрела на меня одним своим глазом, я усмехнулась и, твердо глядя в ее лицо с дорожками слез, кивнула, давая понять, что я решила. Осознанно и уверенно.

Отступать не собираюсь.

* * *Судимость с меня сняли.

Вечером того же дня, когда были, наконец, завершены последние нудные бюрократические проволочки, я аккуратно, чтобы мы с подлатанной Данкой не попались под камеры, подкараулила с работы своего инспектора и попыталась впихнуть ему хороший коньяк, умываясь соплями счастья и горячо благодаря его за такое ко мне отношение.

Цыбин отнекивался от дара, пряча смущенную улыбку, но я все-таки впихнула ему коробку с бухлом.