Константа

Стена картонная почти, до проводков можно добраться тем же карандашом, что в пальцах и…

Звуковой сигнал, зеленой индикатор на панели и щелчок дверного замка — дверь открылась. Краткий взгляд на свой невозмутимый стопроцентный пропуск везде и всюду, терпеливо дожидающийся, пока затушу сигарету и, подхватив рюкзачок, торопливо направлюсь к нему, в окружении его людей. Не крестной семьи, а подчиненных, потому что он был сорван с похорон и сейчас, пересекая аэропорт за ним, молчаливым, на выход, в окружении бородатых джентльменов, создающих вокруг нас мертвую зону, я чувствовала расходящиеся от него волны бешенства.

"Разумеется, в голове тысячи вопросов, как и в крови тысячи эмоций, значительно урезоненных, когда я заподозрила, куда именно стремительно ведет машину Константин Юрьевич. И когда он тормознул возле главного управления федеральной безопасности…

— Пошли. — Бросил кратко, покидая салон.

Направился к желто-рыжей огромной квадратной девятиэтажке, наводящей ступор даже своим строгим сдержанным фасадом. Кратким жестом упредив свое сопровождение покидать два черных автомобиля, остановившихся за нами, решительно направился ко входу.

Неожиданно, но скрип петель, когда потянул массивную дверь на себя и придержал ее для меня, неуверенно вступающей в широкий, полупустой холл, чем-то неумолимо схожий с московским метро. Простор помещения, мягкое освещение, облицовка стен и пола в уютный беж и теплый глянец коричневого. Но немноголюдно и все люди, сосредоточенно и в разные направления. Ни рамок, ни строжайшей охраны, лишь двое в форме рядом со входом, тут же утратившие интерес когда были предъявлены Анохинские корочки.

— У себя? — подойдя к ближайшему полукабинету, ровно спросил Анохин у нахмурено читающей его ксиву женщины.

— По какому вопро… — менторским тоном начала она, но Костя не дослушал. Резко повернулся вправо и пошел в сторону коридора в отдалении от полукабинетов.

Звук его мерных, твердых шагов в ритм с моим сердцем, бившимся странно ровно, когда я семенила за капо ди капи, убирающим во внутренний карман пиджака красные корочки и невозмутимо пересекающего рабочий шум отечественной обители зла.

Коридор узкий и тоже в том же стиле — низкие давящие потолки, облицовка серо-черным мрамором. Служители порядка почти через каждые десять метров, абсолютно безразличные к нам, направляющимся к хрому дверей лифтов.