Константа

— Потому что Аркаша вот-вот конфликтнет с отцом, а делать этого нельзя. И потому что ему душно со мной. — Я перевела взгляд на Костю, слабо усмехнувшегося, все так же неотрывно наблюдающего за двойняшками. — Походить пытается. Я разговаривал с ним, объяснял, что его потенциал другой и ему не нужно себя менять. Не то что не нужно… категорически не рекомендовано. Ничего хорошего не выйдет из того, если он себя ломать продолжит. До него вроде и доходит, но… с собой бороться сложно. Вероятно, в подкорку вбил, как образец для подражания.

Видеть Костю такого, наблюдающего за кронпринцами с таким выражением, это снова где-то около мандража внутри. Я перевела взгляд вниз, где обеспокоенный брат сидел на корточках у севшего на матах брата, откидывающего со лба влажные пряди и как-то неестественно ведя левой рукой. У Аркаши был перелом полтора месяца назад, твою мать…

Я прикусила губу, а Костя тихо рассмеялся и отрицательно качнул головой.

— Пальчиковый захват! — Гоготнул Аркаша, по-злодейски играя бровями и держа Саню за указательный палец.

Где-то я это слышала… В мультике каком-то, что ли…

— О нет! — Священный ужас в голосе старшего кронпринца, встающего на ноги и трепетно дергающегося в хвате Аркаши.

— Да-а-а!

— Нет, пожалуйста!

— Тыдыщ! — Аркаша картинно ударил пальцами второй руки по зажатому указательному Сани. Тот, драматически раскинув руки и, подкинув ноги, повалился на спину на матах, рядом с довольно хохочущим братом.

— Один вчера сделку закрыл на девятнадцать миллионов, второй в пух и прах разнес двух весомых адвокатов не дав делу ход на первой инстанции и тыдыщ… — улыбаясь, покачал головой Костя, глядя на ржущих внизу кронпринцев.

В этот момент смеющийся Саня откинул голову назад и заметил нас.

— О, привет, хорошо выглядишь, Жень, — сконфуженно улыбнулся Саня, дрыгнув ногой и ударив по голени смеющегося Аркашу, тоже поднявшего голову, засвидетельствовавшего нас, и покатившегося еще пуще."

"— Энд вин гоу ту Аркаша, наивный Саня. — Громко обозначил Константин Юрьевич, скептично глядя на поморщившегося старшего кронпринца.

— Ну, надо же младшим уступать. — Развел руками тот, возмущенно посмотрев на встающего брата, тоже пнувшего его в голень.