Колокола судьбы

Эта поросль скрывала карниз от глаз тех, кто мог оказаться у подножия стены (хотя подойти к подножию было непросто, ибо там, внизу, тоже виднелись остроконечные скалы, окаймлявшие каньон реки), и в то же время как бы подстраховывала каждого, кто решится пройти по нему."

"Дойдя по карнизу до того места, где склон был менее крут — и по нему даже можно было спуститься на нижнюю террасу, — Андрей вдруг наткнулся на еще одну пещеру. Он обнаружил ее по тонкой, едва видимой в вечерних сумерках струйке дыма, вырывавшейся, как могло показаться, из расщелины. Это открытие было настолько неожиданным, что Беркут отпрянул за выступ и на какое-то время замер там, прислушиваясь, не раздадутся ли голоса.

Нет, ему не померещилось: действительно дым. Значит, где-то там, между камнями, должен быть вход в пещеру. Но кто ее обитатели? Все бойцы группы — в землянке или в «офицерской келье». Кроме них, на плато никто не появлялся. Разве что оставшийся здесь с довоенной поры монах-одиночка?! Бред. Как бы он выжил в этой пустоши? Да и парашютисты должны были заметить его.

Выхватив пистолет, капитан еще несколько минут выждал, но, не обнаружив никакого движения, никаких голосов, осторожно, прижимаясь спиной к стене, начал пробираться к выступающей, похожей на полуразрушенную крепостную башенку, скале, из-за которой и зарождалась эта струйка. Уже у камня он обратил внимание на странную, напоминающую миниатюрный кратер погасшего вулкана, вмятину и нависшую над ней огромную каменную плиту. А еще заметил, что находящийся рядом с вмятиной валун лежит на ребре. Используя такое положение, даже один сильный человек спокойно мог бы сдвинуть его и перегородить тропу.

— Эй, в келье! — негромко позвал он, прячась за выступ скалы, за которым чернел закопченный множеством костров, неширокий, готически заостренный кверху вход в пещеру. Беглого взгляда на него было достаточно, чтобы убедиться: подравняла его и подогнала «под готику» не природа, а топор камнетеса. — Вы слышите меня?! Оружие оставлять! Выходить по одному!

— А ты войди сюда! Можешь даже с оружием, — раздался в ответ хриплый архиерейский бас. — Сначала выброшу твое оружие, потом тебя. Никто и следов не сыщет.

«Во даёт! Совсем страх потерял, — улыбнулся про себя капитан. Еще не видя того, кто ему отвечал, не имея о нем ни малейшего представления, Андрей уже зауважал его. Храбрость и мужество Беркут ценил в любых, даже самых невероятных и опасных для него самого проявлениях. — Хилый монах так отвечать не станет».

— Я не понял: ты приглашаешь меня войти?! Или так и будешь сидеть у костра в одиночестве?!

— На кой черт ты мне нужен?! Я тебя не звал. Но если очень заинтересовался и не забоишься, — войди.

— Это другой разговор. А то мог бы обидеться и уйти. — Беркут оглянулся.