Через несколько дней все выйдут на свободу и первым делом придут нагадить на наши могилы.
– А ты оптимист! – заметил Том.
– Том думает, сама по себе атака сорвёт их планы. Можем ворваться, пострелять и смыться, – сказал Гвидо."
"– Так тоже можно. Банды начнут искать стукачей, перессорятся и немножко постреляют друг в друга. Нам это на руку. Кроме того, про сходку с пальбой расскажет телевизор, общественность возмутится, правительство начнёт чесаться. Хоть какой профит. Если будем сидеть и ждать, они объединятся в стадо и затопчут нас. Но дело крайне опасное.
Согласились все.
Берег Серого моря пологий и тихий. Сосны и песок. Сердечникам очень нравятся эти сырость, йод и прохлада даже в августе. Все же здоровые люди предпочитают моря других цветов.
Когда-то в этих местах круто воевали Запад и Север. Север победил и построил на радостях огромный санаторий для своих военных. Но северяне никогда не умели вовремя остановиться. Разогнав по углам соседей, они стали драться друг с другом, в результате победили сами себя.
По меркам Тихих Стран стационар «Море» был слишком велик. Из шести корпусов кое-как работал один. Столовая, бассейн, концертный зал, тренажёры, номера. Корпус пытались заселить хромыми старушками, но и тех не могли набрать в нужном количестве. Ещё один корпус – совсем разбитый – арендовали пейнтболисты.
Директор радовался любым посетителям. Банкеты, свадьбы, пейнтбол, старушки – он всех привечал и никогда не жадничал. Он верил, несмотря на отдалённость от центра, санаторий воссияет. Главное – не сдаваться. События последнего месяца обнадёжили. Сразу два шикарных клиента предпочли «Море» другим санаториям. Сначала конференция любителей лезгинки на четыреста человек. Аренда зала и номеров. Меню богатое.
– Прекрасная идея! Прекрасная! – воскликнул директор.
Продюсер фильма Том, режиссёр Гвидо и оператор Иварс внимательно осмотрели все корпуса. Им всё очень понравилось. Особенно котельная и подвалы с трубами. У киношников загорелись глаза – такое всё тут было страшное и заброшенное.









