0
0А Императрица на прямой вопрос не отвечала, просто его игнорировала. Имеет право, но как же это… Раздражает!
— Императрица готова вас принять, Ваша Светлость! — подал голос секретарь, и два здоровенных гвардейца, стоящих у дверей, гостеприимно их распахнули.
Меньшиков широкими шагами вошел внутрь, остановившись перед троном, на котором сидела усталая Императрица, глядя на него с безразличием и скукой.
— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество! — склонил голову в лёгком поклоне князь.
— И тебе привет, Венедикт, — кивнула ему Елизавета.
— Есть новости об Императоре? — задал «дежурный» вопрос Меньшиков.
— Нет, — получил он «дежурный» ответ.
— Жаль, но сегодня я хотел поговорить не об этом…
И Меньшиков начал вещать, распаляясь и чувствуя себя вправе, особенно, когда увидел, что Императрица даже не спешит его перебивать. Он рассказал о «Верности», о борзом Галактионове, о Доброхотове, что нарушает мораторий и атакует его людей, о бардаке, что творится в Империи без его брата.
В какой-то момент он поверил в себя настолько, что неожиданно, даже для себя, заявил.
— Мне, а не только моему Роду, кажется, что Империи требуется твердая мужская рука!!!
— Что ты сказал? — первый раз за весь разговор Елизавета проявила заинтересованность.
— Что… что… Что нужно что-то делать… — стушевался Меньшиков, когда по всему залу начала распространяться аура Огня.
— Ты назвал меня слабым правителем? Ты? Нарушитель моего моратория⁈ Что ты себе позволяешь, подонок⁈
— Да что это вы себе позволяете? — взвизгнул Меньшиков. — Какие ваши доказательства⁈
Императрица улыбнулась, и кинула на пол перед ним горсть родовых колец.
— Это нашли в самолете, что высадил наемников возле усадьбы Галактионовых. Ты заигрался, князь! Пора тебе остыть!
Первое ошеломление у Венедикта прошло, и он окрысился, как реальная крыса, которую внезапно зажали в углу.
— Вы не посмеете ничего мне сделать! Я Председатель Имперского Дворянского Собрания! Без суда и следствия вы не сможете сделать ничего!
— Верно, — неожиданно улыбнулась Императрица. — Закон — есть закон! И я его не смогу нарушить! Вот только…
— А я — смогу! — раздался за спиной Меньшикова знакомый голос, от которого он подпрыгнул на месте и развернулся, оскалившись. — Что мне терять, кроме своих цепей?
Сзади него, небрежно скрестив руки на груди, стоял, как всегда, выглядевший идеально Максимилиан Доброхотов.
— Тебя не учили, собака, как с женщинами разговаривать? Тем более, с Императрицами? Тем более — с моей любимой сестрой!
Глава 7
На утро мы проводили озадаченную Имперскую Армию с территории нашей усадьбы.
