Ты для меня?

Сильно задержались, чего греха таить.

Когда девушка понесла документы на подпись, и Давыдов, и Алина на рабочем месте отсутствовали. Пришлось тащить всю кипу бумаг домой в надежде, что он заверит их здесь.

В очередной раз подняла руку, чтобы слегка постучать костяшками пальцев, и вновь, безвольно опустила.

Да что с ней такое?

Сердце готово выпрыгнуть из груди. По телу мелкая дрожь. Лера скептически уставилась в огромное зеркало, висящее на стене коридора, внимательно изучая свое отражение. Она успела принять душ, поэтому ни грамма косметики на лице не осталось.

Хорошего мало — пылающие щеки заметны невооруженным взглядом.

Волосы собрала в высокий хвост на макушке. Неплохо. Легкий атласный кремового цвета топ на бретелях, и юбочка-клеш ему в тон, дополняли домашний образ.

Вроде, все прилично. Прикрыто в нужных местах. Даже юбка до колен. Докопаться не до чего. Ему должно понравиться.

СТОП!

Какая тебе разница, что ему понравится, а что нет?! Дать бы тебе по шее!

Разозлившись на саму себя, Лера уверенно постучала. В ответ тишина. Странно. Маргарита Алексеевна сказала, он поднялся к себе после ужина, и больше не спускался.

Сама-то Лера на ужин не успела. Зная это, Роман любезно пригласил ее перекусить в ближайшем ресторанчике. Поразмыслив немного, девушка согласилась. Так что, голода сейчас не испытывала.

Ну, же!

Постучала еще раз. Гораздо громче. Снова, тишина в ответ! Осмелев, слегка приоткрыла дверь:

— Герман?

Комната была пуста, а шторы на окнах задернуты. Из-за включенного ночника в помещении царил полумрак. В прошлый свой визит, Лера не обратила внимания на убранство. Теперь же, появилась возможность, рассмотреть все хорошенько.

Спальня Давыдова сильно отличалась от той, что принадлежала Глебу. Валерия жила, словно, в царских апартаментах. И, так выглядела большая часть дома. Но, не личное пространство Германа! Здесь явно чувствовалась его рука. Все строго. Сдержано. Без лишнего пафоса. В углу, рядом с окном рабочий стол. Чуть левее, огромный шкаф для документов и книг.

Господи! Кажется, в работе и есть смысл его жизни!

Девушка бросила взгляд на другую стену. Огромный шкаф. Комод.

Хм! У этого мужчины слабость к гардеробу? Забавно.

Мини бар. Плазменный телевизор на стене. Все, как обычно. Как у всех. Ковер на всю комнату, с большим мягким ворсом. И…невероятных размеров, кровать! Белая. Мягкая. Кожаная. С каретной стяжкой. Уже разобрана. Давыдов, очевидно, приготовился ко сну. Не удивительно, он рано вставал...

Ей бы убраться, да поскорее, но всплывший в памяти образ Германа, в одних пижамных штанах, заставил замереть на месте.

Сумасшедшая!

С бешено колотящимся сердцем, осознала, что вопреки здравому смыслу идет внутрь. Что пальцы уже нежно гладят прохладный благородный шелк простыней.