Ты для меня?

Леру затрясло снова. Лишь усилием воли заставляла себя спокойно сидеть на пятой точке. Душа же, остервенело, рвалась к нему.

Должна обнять. Поддержать. Показать, что рядом. Облегчить боль. Помочь ему забыться, в конце концов.

Их красноречивые гляделки прервала вибрация его мобильника. Встрепенувшись, мужчина ответил на звонок:

— Давыдов. Слушаю!

Она не знала, кто звонил. Не знала, о чем шла речь — отвечал Герман тихо и односложно. Но, чувствовала…каждой клеточкой кожи, каждой молекулой, каждым волоском, что прямо сейчас…в эту самую секунду, происходит нечто ужасное.

Его облик менялся. С каждым новым ударом сердца, в нем оставалось все меньше человечности. Сейчас он куда больше походил на голодного разъяренного волка.

Полыхающий абсолютным безумием взгляд, свободная рука сжата в кулак.

Понимала Лера, и каких усилий ему стоило, завершив разговор, спокойно убрать телефон в карман, а ни шваркнуть аппарат о стену.

Герман был бледен. Чертовски бледен. Дышал очень тяжело, будто за трезвость рассудка сражался всеми силами.

— Герман Станиславович! —  В конференц-зал стремительно ворвался Логинов. —  Нашли.

— Что нашли?

Давыдов казался таким ошарашенным, что не сразу сообразил, о чем идет речь. По крайней мере, именно так ей показалось.

— Я Вас предупреждал! Вы слушать не захотели.

— Кто?

— Ну, так это…как я и предполагал. Невеста…Ваша!

Должно быть…ослышалась!

Сердце чуть ни выскочило из груди, бешено ударяясь о ребра. Теперь уже Лера в полной мере ощущала на себе всю парадоксальность ситуации. На нее с осуждением уставились все присутствующие, но было глубочайше плевать. На всех. Лишь его взгляд беспокоил. Защитная реакция оказалась странной — девушка громко расхохоталась.

— Вы спятили, Максим Анатольевич? —  Крякнула, сквозь истерический смех. —  Я? А ничего, что вчера я брала отгул, и провела его со своим женихом?

— Для отвода глаз, милочка! Меня сразу насторожило твое внезапное появление в разгар планерки —  когда никто тебя не заметил бы! И столь же внезапный уход выглядел подозрительно!

— Чего?

Смех застрял в горле. Дышать стало нечем. Первичный шок отходил на задний план, уступая место самой настоящей панике.

Ее словно в ведро дерьма лицом окунули. Так мерзко стало вдруг.

— Зачем Вы врете? —  На эмоциях повысила голос, и вскочила на ноги. —  Я не появлялась в офисе в свой выходной! И…и никогда не поступила бы подобным образом, с близкими мне людьми!

— Анатольевич, — поспешил вмешаться Давыдов старший, поддерживая ее, — не перегибай! Лера этого не делала. Точка!

— У меня имеются все основания утверждать обратное, Станислав Юрьевич. —  Не унимался Логинов.