Ты для меня?

Неопределенно пожав плечами, опустилась перед ребенком на корточки, и ласково потрепала по волосам.

— Малыш, ты что-то просил у Геры?

— Нет! Я просто смотрел. Тихонечко. Как мышка!

— В том-то и дело! — Взорвался Давыдов, рывком поднимаясь из-за стола. — Почему он на меня смотрит? Тем более, вот так!

— Как?

— Да вот так! Доверчиво…и, а черт!"

"— Это называется нежность, Герман. Ты ему нравишься.

— Час от часу не легче! Забирай его!

— Да что с тобой? Успокойся. Он, ведь, просто ребенок.

Понимая, что их вот-вот выставят за дверь, Антон решился на более активные действия. Осторожно подкрался к Герману, и вцепился своими крошечными пальчиками, в его крупную ладонь. Казалось, это прикосновение произвело эффект разорвавшейся бомбы. Мужчина вздрогнул, с ужасом уставившись на место соединения их рук. Нервно вздохнул, и перевел взгляд на лицо мальчика.

— Пожалуйста, можно мне тихонечко посидеть рядом?

Ее шок словами было не передать! А все потому, что он кивнул. Давыдов ему кивнул!

Не смог отказать. Поддался.

Глубоко втянув в себя воздух, поняла, что некоторое время, наблюдая за ними, вообще не дышала. Невольно представила их, троих, семьей. Они могли бы стать очень счастливыми.

Тише, дурочка! Это не ваш сын.

— Сварю Антошке какао, — пробубнила себе под нос, почти бегом, направляясь на кухню. Воображение сыграло с ней злую шутку, навязывая то, чего не могло быть. Заставляя в это верить, всем сердцем. Герману не нужна семья. Это он и пытался объяснить ей вчера, в супермаркете. И от подобной мысли так больно становилось, точно кожу с нее заживо сдирали.

Дыши. Дыши. Вода камень точит! Вон, как на лучика таращится.

Назад вернулась, лишь, когда взяла себя в руки, и натянула улыбку на лицо. Однако детский голос заставил замереть у приоткрытой двери:

— Я тоже умею рисовать домик. Красивый.

— И что это должно значить?

— С красной крышей!

— Рисовать хочешь?

— Ага.

— Так и говори! Не мямли, как девочка.

Герман протянул Антону чистый лист, и карандаш.

— Это, по-твоему, дом? — Спросил с иронией, спустя какое-то время.

— Нет. — Невозмутимо. — Это Лера.

Мужчина загоготал, откидываясь на спинку стула.

— Лера красивая, да же?

Ох, ответа на вопрос она ждала, затаив дыхание, с безумно колотящимся сердцем.

— Да же! — Бессовестно передразнил ребенка. — И ее красота…сводит с ума.

— Когда я вырасту большим, обязательно женюсь на ней! — Гордо пообещал Антошка. Даже носик вверх вздернул. Знакомый жест. Спирина и сама так частенько делала. — Мне мама разрешила.

— Мечтатель! Будь реалистом. Она тебя не дождется.

— Дождется! — Возмущенно закричал мальчуган, оглушая силой своего голоска. — Ты врешь!

— Нет.

— Да!

Антон принялся что-то чертить на листе бумаги, сопровождая свои действия громким пыхтением.

— Ты собирался дом рисовать.