Хозяйка сумрачной грани

– Это, – она ткнула в один из лучей, – путь, который проделала книга Дрилмор. Это, – она указала на другой луч, – дорога принцессы.

Грань показывала на остальные лучи и называла их. Моя жизнь от рождения до этого момента. Жизнь Вилиарна. Жизнь Файоны и Аарона. Жизнь самой Грани. Жизнь человека, принесшего ведьме книгу, в котором она отыскала обряд замены. Жизнь того самого южанина, расплатившегося со своим спасителем странным тубусом, попавшим потом в мои руки. И еще много, много жизней, названных Граней путями или дорогами.

– Все они начались где-то, но в конечном итоге, сплелись в одной точке. Ничем не связанные между собой ранее случайные, казалось бы, судьбы. И таких узлов на самом деле много, – сказала девочка и быстро пририсовала еще несколько похожих «снежинок», соединенных между собой.  – Полотно мира. Великий гобелен. Паутина мироздания. Называй, как тебе нравится. Кто-то считает, что этот… гобелен заранее соткан, и людям только и остается, что пройти по написанному ранее для них пути. Кто-то думает, что только он решает, каким именно будет рисунок его жизни.

– А на самом деле? – спросила заинтересованно, вполне понимая, о чем именно говорит Граня. Судьба. Сами ли мы выбираем путь или он выбран за нас давным-давно. Этот вопрос издавна интересует людей. Кто-то является поклонником одной теории, кто-то другой, но правды не знает никто.

На мой вопрос, Граня легко улыбнулась и пожала плечиками.

– Я не знаю, – честно ответила она. – Скажи, кто я?

– Ты грань, – уверенно выдала я, а потом, чуть подумав, добавила: –  Душа этого леса.

– Что-то вроде, да, – кивнула Граня. – Но при этом я не являюсь Богом или кем-то вроде этого. Мои знания ограничены знаниями чистых душ (а они до этого были пусть и магами, но людьми), принцессы, людей, приходящих к моим границам. Твоими знаниями.

– Я поняла тебя. Но к чему это все? – я качнула головой в сторону рисунка.

– К тому, что все переплелось в одной точке. К тому, что рану на теле этого мира надо закрыть.

– Но!.. – я вскинулась, нахмуриваясь.

– Смерть тебя пугает? Понимаю. Мне и самой немного не по себе. Но у меня есть надежда, что теперь я не растворюсь, не исчезну.

– Теперь? – я глядела хмуро, ощущая, как меня начинает немного колотить от волнения. Неужели моя жизнь должна закончиться столь рано? А ведь все так хорошо начиналось.

– Мне кажется, – начала она чуть неуверенно, – но с приобретением имени я стала более… защищенной, более плотной, весомой. Не могу подобрать точное определение. Я всё еще могу умереть вместе с тобой, но есть надежда, что этого не произойдет.

– Замечательно, – чуть более едко, чем собиралась, произнесла я. – Ты не умрешь, а я?

Вместо ответа, девочка взмахнула рукой, на которой тут же появилась какая-то бумажка. Вернее, свиток. Кстати, весьма знакомый.