3
0
— Я не пойду на рынок!
— Мы не заставляем, Бетти. Более того, мы, как ты можешь заметить сами пока никуда не идём. Как насчёт того, чтобы продолжить завтрак? — мягко предлагаю я.
В глубине души я надеюсь, что Бетти уйдёт, но она остаётся и берёт пиалу в одну руку, в другую — шпажку, на которую накалывает паучью икринку. И в очередной раз удивляет. Её обычный вздорно-спесивый тон пропадает, становится серьёзным:
— На самом деле, что бы вы ни говорили, я пришла попрощаться, Гарет, — она ставит пиалу обратно на стол, опускает шпажку. — Ас вчера пообещал, что свадьба уже сегодня. Знаешь… Я почти всю ночь не спала, постоянно проверяла часы. Так хотелось, чтобы они наконец уже показали поддень! Но… когда я думаю, что у меня больше не будет моей комнаты, завтраков с тобой, споров с Мими, я начинаю бояться, что потеряю что-то очень важное.
— Бетти, ты о чём? — Гарет пересаживается к ней и аккуратно приобнимает за плечи. — Волноваться перед свадьбой нормально.
— У меня не будет свадьбы! У меня будет храмовый ритуал. А где праздник? Где хотя бы три сотни гостей? Я даже не прошу три тысячи. Где торжество? Где императорское поздравление?
Она срывается на высокой ноте, замолкает.
Да уж, фантазии у девочки. Ей, сестре опального графа, подавай поздравление от императора. Что же только поздравление, почему не явка его величества собственной персоной?
— Бетти, став супругой главы ветви, ты сможешь устраивать празднества по любому поводу, когда тебе вздумается, — Гарет начинает уговаривать ей как маленькую. — А ещё в любое время ты сможешь приходить к нам.
— В гости, — с улыбкой добавляю я.
Бетти лишь уныло вздыхает и преподносит очередной сюрприз:
— Я согласна пойти на рынок.
Глава 37
Притихнув, Бетти словно другим человеком становится. Девушка, с любопытством, выглядывающая из-за плеча своего брата, совершенно не похожа на ту колкую ледышку, какой она казалась, и мы вместе, втроём, вливаемся в живой ручей, пробивающий себе путь в рыночной толчее."
"Мы выбрали один из “лоскутов” для простых смертных. Здесь нет тихой торговле, как в тёмно-зелёном квартале, где обитает мастер Далл. Здесь нет заоблачной роскоши, какую я увидела в башне. Здесь самый обычный рынок, с лёгким колоритом восточного базара — тесно, шумно, торговцы выставляют всякую всячину. Один продаёт сухие краски, его сосед — тарелки, а сразу за ними торговец орехами угощает всех желающих. Снуют лоточники, продающие чай с бубликами. Спорят музыкальные инструменты, отчего мелодии сбиваются в какофонию. Кто-то громко и с удовольствием ругается, кто-то пытается сбить цену, кто-то ищет фофовы бульки, что бы это ни значило.
