272
0Увидев, что Тяньвэнь вот-вот появится, остальные старейшины с ужасом уставились на него… Неужели Чу Ваньнин сошел с ума? Он собирается отхлестать плетью племянника главы?
Однако, прежде чем ивовая плеть явила себя, Мо Жань схватил и вторую руку Чу Ваньнина.
Теперь обе его руки оказались захвачены этим юношей, который с улыбкой смотрел снизу вверх прямо в его ошеломленное лицо, даже не подозревая, в какой опасности находится.
— Меня зовут Мо Жань[2]. Я никого здесь не знаю, но как только я увидел ваше лицо, сразу понял, что вы мне нравитесь больше всех. Давайте я поклонюсь вам как учителю?
[2] 墨燃 Mò Rán Мо Жань «сжигать грязь/порок/тушь» или «темный/черный пепел» , где «мо» — тушь; сажа; грязь; темный, черный, мрачный, порочный, а «жань» — жечь, поджигать, пепел.
Никто не ожидал такого поворота событий. Все невольные зрители были в шоке, а некоторые старейшины выглядели так, словно превратились в ледяные статуи, которые потом еще и растрескались.
Старейшина Сюаньцзи: — А?
Старейшина Поцзюнь: — Ух ты!
Старейшина Циша: — Э?
Старейшина Цзелюй: — Эм…
Старейшина Таньлан:
— Ха-ха, а это забавно!
Старейшина Луцунь кокетливо накрутил прядь волос на палец и захлопал своими похожими на лепестки персика прекрасными глазами:
— Ах, этот маленький господин так отважен! Он и правда герой, раз осмелился прикоснуться к заднице старейшины Юйхэна.
— Ох, я вас умоляю, не могли бы вы не говорить такие пошлости? — презрительно одернул его старейшина Циша.
Луцунь красиво закатил глаза и протянул:
— Хм, тогда я выражусь в более изысканной манере: этот маленький господин выглядит таким отважным, что даже старейшина Юйхэн позволил ему коснуться своих ягодиц[3].
[3] От переводчика: никто Юйхэна за ягодицы, конечно, не хватал, просто Луцунь так пошло обыгрывает значение выражения ""ухватиться за бедро"", что означает искать покровительства кого-то стоящего несоизмеримо выше.
"Циша: — … «Просто убейте его, и покончим с этим».
Из всех старейшин самым популярным был похожий на теплую яшму добрый и нежный старейшина Сюаньцзи. Его метод совершенствования был прост в освоении, сам он был великодушен и честен, поэтому большинство учеников Пика Сышэн предпочитали учиться у него.
Чу Ваньнин был уверен, что Мо Жань не станет исключением.
Однако всего в нескольких сантиметрах от него стоял Мо Жань, и его открытое лицо излучало незнакомые ему раньше симпатию и нежность. Чу Ваньнин чувствовал себя так, будто на этом сборище его определили на роль шута. Непонятно почему, он вдруг растерялся и засуетился, совершенно не мог понять, что ему теперь делать.
