1
0Есть, конечно, ещё большой запас сухарей, но разницу между ними и свежим хлебом, думаю, понимает каждый…
— Благодарю, Глюк, — почти хором с Клык мы поблагодарили мажордома.
— Ш-ш. — Только я взялся за вилку, как о мою ногу потёрся Блуд. Дракончик сотворил умильную мордашку, явно выпрашивая добавку. Я уже хотел встать, чтобы сходить к ларю за очередным яйцом, как Глюк остановил меня, сказав, что сам покормит моего ненасытного проглота.
— Карт, вы хотели обсудить, какие улучшения Сердца Замка стали доступны после перехода на пятый уровень, — напомнил мажордом, как только мы с фурри утолили первый голод.
— Да, Глюк, но давай ещё немного подождём Фому, от результатов его анализа, и будет завесить решение.
Ждать долго не пришлось. Я только и успел, что глазунью доесть, как один за другим на кухню зашли Акела и Фома, и даже Бичура-бабай явился, которого тут же, как ещё одного нуждающегося в обычной пище, усадили за стол и поставили перед ним порцию яичницы. Правда, она была сильно меньше, чем у нас с фурри.
— Ну, Фома, — глотнув подогретого отвара из кружки, повернул я голову к хомо-суслику, — не томи, рассказывай.
Глава 16
Луна! Полная! Море, пляж, девушки в би…
Пардон, — я отвел взгляд в сторону от Клык, только что вынырнувшей из воды и подобно настоящей нереиде, вроде бы так называют морских русалок, бывшей без бикини. Казалось бы, кошка! Ну, ладно, полульвица! А увидев накатывающие волны, да в двух метрах от крыльца избушки, завизжала от восторга, словно маленькая девчонка, и тут же, скинув рубашку и набедренную повязку, заставив всех смущённо отвернуться, бросилась в воду.
А потом Клык обнаружила колонию ракушек, чем-то напоминающих наших мидий, прикреплённых к большому валуну, и, несколько не смущаясь своей наготы, притащила парочку нам показать.
— Бичура-бабай, а Бичура-бабай, — мурлыкающим голосом позвала она домового. — Выйди на крыльцо, пока по-хорошему прошу.
Домовой появился на крыльце в тот же миг. Наверное, он здесь был всё время и, как вся наша честная компания, наблюдал за плавающей неподалёку фурри, только под невидимостью…
«Ох, уж эти 'свои пути». Мажордом, кстати, выполнил своё обещание, — поговорил и с гаргульей, и с домовым насчёт этих путей. Вот только результат…
— Моя хотеть — на крыша, — чуть смущаясь, но преданно тараща глазёнки на мажордома, рассказывала Харис. — А хотеть — в избушка. Опять хотеть — на крыша. Как? Хотеть же…
Вот и поговорили.
— Хозяин, мои пути — это мои пути!..
Выговаривал мне домовой, за последние часы ставший выглядеть гораздо лучше: зелёная патина с него совсем слетела, бороду он расчесал, забыв, правда, про голову, и был в обновках, выданных ему мажордомом. Тут надо сказать, что Глюк выдавал ему одежду обычных размеров, но хитрый бабай её как-то уменьшил под себя.
