Как в индийском кино

– Ильинична я, – спокойно сообщила мне женщина, а мальчишеская голова радостно сообщила:

– Это моя бабушка.

– Артем, не мешай! – одернула она внука.

– Анна Ильинична, мне сказали, что вы были подругой Валентины Дмитриевны, – спросила я.

– Ближайшей подругой, – поправила меня она. – А в чем дело?

– В том, что ее сын Вадим пропал и я его ищу, – объяснила я.

Женщина непонимающе уставилась на меня:

– То есть как пропал?

– Очень просто, в пятницу вечером вышел из дома, и с тех пор его никто не видел, – сообщила я, уже поняв, что он здесь не скрывается.

К чести ее будет сказано, она не колебалась ни минуты, а, сделав приглашающий жест рукой, сказала:

– На кухню проходите.

«Надо же! – удивилась я. – Оказывается, есть хозяйки, которые каждый день полы моют! Им что, больше делать нечего?»

Сев возле стола, я аккуратно приступила к ненавязчивому допросу, да не тут-то было. Ох уж этот Артем! Один большой энерджайзер! Мальчишка постоянно лез в наш разговор, и у меня очень скоро появилось яростное желание запереть его в ванной, предварительно связав и заклеив рот скотчем.

– Его можно как-то утихомирить? – не выдержав, спросила я.

– Нет! – обреченно ответила она.

– А если телевизор включить? – предложила я.

– Бесполезно, – вздохнула она.

– Тогда пойдем методом прямого подкупа, – сказала я и, достав тысячу рублей, показала ее мальчику. – Ты любишь сладкое? – спросила я.

– Да! – с готовностью ответил он.

– Если ты будешь хорошо себя вести, то я дам эту денежку твоей бабушке, и она купит тебе много-много… Что ты любишь?

– Все! – с прежней готовностью ответил он.

– Вот она и купит тебе все по твоему выбору, но для этого ты должен пойти поиграть и не мешать нам, – сказала я, решив, что ликвидировала проблему.

– Да-а-а! Мне там неинтересно! – захныкал Артем.

– Тогда просто посиди там тихо. Сможешь? – попросила я.

– Он постарается! – грозным голосом сказала Анна Ильинична, у которой при виде денег глаза вспыхнули, как фары, и забрала у меня тысячу рублей. – Он очень постарается! – И приказала: – Иди в комнату и сиди там тихо, или поиграй, но тоже тихо. А иначе я пожалуюсь папе, и никакой новогодней елки у тебя не будет!

Мальчишка захныкал и ушел, а я с облегчением вздохнула и сказала:

– Давайте все сначала!

– Мы с Валей в одном классе учились, за одной партой сидели, – приступила к своему рассказу Анна Ильинична, попутно разливая чай, который я ни в коем случае не решилась бы даже попробовать – судя по цвету, его заваривали столько раз, что он уже успел забыть, что когда-то назывался чаем.