Как в индийском кино

 – На суде не вылезли, было кому постараться, только на зону все равно кто-то сообщил. Другой бы на моем месте в петлю полез, а я терпел! Я каждый день засыпал с мыслью, что вернусь и отомщу этому гаду. Мне ненависть силы придавала! И я вернулся! Битый, ломаный, больной! Ни семьи, ни дома! К Ленке приполз, как пес шелудивый! – неистовствовал он.

– Лирику побоку! – цыкнула на него я. – Где тело Смирнова?

– Сами ищите! – бросил он и отвернулся.

– Он нас не уважает, – с сожалением сказал Сомов и, посмотрев на своего верного оруженосца, попросил: – Сделай что-нибудь.

Мрачный тип, постоянно его сопровождавший, согласно кивнул и, с помощью еще одного бандита забросив Назарова в парилку, скрылся там, а я повернулась к Ленке-бандерше, которая тут же затараторила:

– Женька, как приехал и отлежался немного, старую «Газель» взял и с тех пор постоянно целыми днями в городе ошивался.

Он же дело читал и знал, где Смирнов живет и работает, вот и караулил. Сюда только ночевать и приезжал. Все жаловался, что к тому никакого подхода нет.

– Что ж он пистолет не купил? Дешево и сердито. Уж на него-то вы ему деньги могли одолжить, – недобрым голосом спросила я.

– Женька хотел, чтобы он так же мучился, как он сам на зоне, – опустив глаза, тихо ответила она.

– Да колись уж ты до конца, гнида! – саданул кулаком по столу Банзай.

– В общем, видел он, как Смирнов тогда из дома выбежал, только пока на машине развернулся и за ним поехал, догнать уже не смог. Но он видел, что тот на Некрасова машину поймал и в сторону «Мельницы» поехал, а у Женьки с Московской левый поворот запрещен, да и гаишник стоял.

Я понимающе кивнула – это был застроенный хрущевками микрорайон вокруг бывшего мельзавода на рабочей окраине города на берегу Волги, потому и назывался «Мельницей», а бандерша продолжала:

– Вернулся он тогда сюда и сказал, что будет этот район планомерно прочесывать, пока не найдет.

Вот вчера и нашел, а что он с ним сделал, не знаю.

– Ах ты паскуда! – почти ласково сказал Сомов. – Сюда ведь к тебе люди с фотографией Смирнова приезжали, спрашивали, появлялся ли, просили сообщить, если вдруг почему-то появится или еще чего о нем узнаешь, а ты? Ты что ж, его на фотке не узнала? А ведь на суде наверняка была.

Да и фамилию со всем прочим тебе называли, и, как был одет, описали… Не могла ты не понять, о ком речь идет! И что же ты себе думала? Что такие фокусы тебе с рук сойдут? Все шито-крыто будет?"

"Бандерша затравленно молчала и изо всех сил вжималась в стену.

– Ты Назарову, гниде этой, сказала, что мы, – выделил Сомов, – Смирнова ищем? Сказала?

Она мелко-мелко покивала и промямлила:

– Да! А он рассмеялся и ответил, что он его раньше найдет. – Тут она, не выдержав, рухнула на колени и поползла к Сомову.